Протоиерей Димитрий Смирнов
ПРОПОВЕДИ. КНИГА 8

Всенощное бдение
под Неделю о слепом

Христос воскресе!

Неделя о слепом называется так по Евангелию, которое мы завтра будем читать на Божественной литургии. В нем говорится о том, как Господь дал очи человеку, рожденному слепым и никогда раньше не видевшему света. В кондаке этого дня поется: «Душевныма очима ослеплен, к Тебе, Христе, прихожду, якоже слепый от рождения». Действительно, с тех пор как Адам отпал от Бога — а Адам был человеком духовно зрячим, поэтому он видел Бога, — все люди стали рождаться на земле духовно абсолютно слепыми. То есть духовная жизнь для них закрыта совершенно, хотя внутри своей души они имеют возможность к раскрытию духовных очей.

Духовное зрение дает Христос. И цель жизни человека заключается в прозрении: чтобы ему прозреть духовно, чтобы узреть Христа. Каждый из нас тоже не сразу прозрел, но мы знаем, что Господь принимает всех: прозревших и перед смертью, и в детстве. Но бывает так, что человек вроде бы прозрел, а на самом деле нет, это все обманчиво, и он оказывается опять погружен во тьму греховную.

Что же такое духовное зрение, которое дает Христос? В чем оно заключается? Оно заключается в том, что человек очами своего сердца, очами души своей начинает видеть истину. И самое ближайшее, что он видит, — это грех в своем сердце. Обычно человек, который не познал Христа, греха в себе не замечает, ему кажется, что он вполне хороший: конечно, есть отдельные недостатки, а так я ничем не хуже других, ну, может, кто-то и поталантливее, и поспособнее, но, в общем-то, я довольно хороший. Вот такое обычно мнение о себе человека, и происходит оно от того, что он слеп. Если слепому дать рубашку и спросить, чистая она или грязная, — как он сможет определить? Для этого надо видеть.

Прозрение всегда начинается с покаяния: человек начинает видеть те грехи, которые есть в его душе, начинает их осознавать, начинает им ужасаться, начинает не соглашаться с этими грехами и жаждать и алкать жизни другой, чистой. Вот с этого момента начинается прозрение. Преподобный Петр Дамаскин говорил: когда увидишь грехи свои, как песок морской, знай, что ты положил начало покаянию. Поэтому нам очень важно, для того чтобы прозреть духовно, просить у Бога покаяния. Только через покаяние Царство Небесное может приблизиться к человеку. В противном случае можно всю жизнь в церковь отходить, и все окажется напрасно. И многие люди ходят десятилетиями и так и умирают, не познавши Христа.

Спрашивается: как же это возможно? Что они, неверующие, что ли? Да нет, верующие. Дело в том, что у каждого нормального человека есть религиозное чувство. Кроме пяти чувств: зрения, осязания, обоняния, слуха, вкуса, — есть еще шестое, религиозное. Если человек полноценный, религиозное чувство у него обязательно имеется. И вот, повинуясь ему, человек, родившийся в Индии, идет в индуистский храм; человек, родившийся в Сирии, идет либо в православный храм, либо в мусульманскую мечеть; человек, родившийся в Америке, идет в методистскую церковь; человек, родившийся в Италии, идет в католический храм; человек, родившийся в России, идет в храм православный; а японец пойдет в синтоистский храм. Потому что религиозное чувство, как и всякое другое, требует удовлетворения. Человеку хочется свечку поставить, постоять, о чем-то таком хорошем подумать, о своих усопших помолиться. Об усопших и китайцы молятся, и индусы, и мусульмане, и японцы-язычники. Ничего тут особенного нет, это свойственно людям всех абсолютно вероисповеданий.

Поэтому большинство людей, ходящих в православную церковь, ко Христу не имеют вообще никакого отношения. Просто чисто исторически сложилось так, что их в детстве крестили, и время от времени, повинуясь своему религиозному чувству, они приходят в храм это чувство потешить. Любой человек, выходя из храма, скажет: у меня на душе легче как-то стало, мне хорошо, я успокоился, слава Богу. И он уверен, что он верующий. Конечно, верующий. Спроси у него: есть ли Бог? Конечно, есть. Только безумец говорит, что Бога нет. Это человек больной, слепой.

Слепой цветов не различает. А есть еще такая слепота, когда человек не чувствует никакой духовной жизни, у него в этом смысле какая-то мертвость чувств. Но все более-менее нормально устроенные люди религиозны. Поэтому когда человек не придерживается никакой веры: он не буддист, не мусульманин, не иеговист, не баптист, не православный, не католик, — кто он тогда будет? Он обязательно будет астролог или в НЛО будет верить. Ему нужно что-то сверхъестественное, чтобы свое религиозное чувство удовлетворять: он будет гадать, колдовать, к экстрасенсам ходить, чакры раскручивать, открывать себе глаз. Что-то такое ему обязательно надо, иначе он не сможет чувствовать полноценности своей жизни.

Но есть ли это жизнь духовная? Нет. Есть ли духовное прозрение? Никак нет, потому что это все самообман, это все жизнь плотская, душевная, это все не духовное. Только тот, кто сумеет приобщиться, живя здесь, на земле, к истинной духовной жизни, тот наследует жизнь вечную, тот будет вместе с Богом. А все другие религиозные системы — это есть более или менее сильные или слабые, но человеческие заблуждения, а иногда и просто бесовщина. Возьмем буддизм: вроде религиозные, нравственные нормы хорошие, а посмотришь на их иконографию, кому они поклоняются: драконы, хвосты, рога, — сразу все станет очевидно. Вот посмотри на Божию Матерь Владимирскую или Толгскую — красота небесная; а теперь на изображения монголов: клыки, рога, копыта. И видно, во что духовная жизнь может выродиться.

Если так порассуждать, сразу ясно, к чему какая вера ведет: к Богу или не к Богу. Хотя вроде все верующие и все молятся. Иной мусульманин получше нас молится. Мы кто два раза в день, а кто и раз в день — ленимся, а настоящий мусульманин пять раз в день молится обязательно. Но есть ли это вера спасающая, дающая зрение Бога? Нет. Поэтому нам надо прозреть, познать Христа, увидеть Его. Как евангельский слепой: он никогда ничего в жизни не видел, он был слепой от рождения. А Господь отверз ему очи, и только он открыл глаза — что он увидел? Он увидел перед собой Христа.

Что значит увидеть Христа? Это значит понять и принять умом и сердцем, что мы живем неправильно; это значит понять, зачем приходил на землю Сын Божий; это значит познать умом, и сердцем, и чувством своим, куда Он ушел. Познать, что есть Церковь Божия; познать ту благодать, которую дал Церкви Господь в день Пятидесятницы; познать Его слово, принять его в себя, всю жизнь изменить так, чтобы она соответствовала Его слову. А возможно это только тогда, когда каждый из нас действительно познает, что вот этот человек, который своими ногами ходил по земле, Он был не просто пророк, не просто хороший человек, а был Бог. Поэтому каждое Его слово — такой же непреложный закон, как закон всемирного тяготения, как любой закон физики, математики, химии, чего угодно, потому что Он — Творец всех этих законов. И надо нам Его закону добровольно подчиниться. Но понятно, что подчиниться можно только тогда, когда человек эту всю глубину осознает и примет.

Обычно мама или папа говорят своему дитяти: сделай это или не делай того. А дитя поступает наоборот: то, что просят сделать, не делает, а то, что просят не делать, делает. Почему так происходит? Что ему мешает слушаться? Мешает грех, который есть в человеке. Потому что ребенок духовно еще слеп, он не понимает смысла послушания, не понимает этой великой добродетели, не понимает замысла Божия: почему так Господь устроил, что человек маленьким рождается, зачем нужно послушание? А свято место пусто не бывает. Господь сказал: «Кто не собирает со Мною, тот расточает».

Но если мы не собираем с Ним, если мы не Христовы, то чьи мы? Этот вопрос имеет только один ответ: либо наш отец — Бог, либо наш отец — диавол. Другого нет. Болтаться посередине, к сожалению, невозможно, потому что это удел неодушевленных предметов — просто лежать при дороге. Вот лежит бревно, лежит кирпич, лежит патрон от разбитой лампочки. В этом куске металла или куске дерева нет жизни, поэтому туда не может войти никакой дух. Дух может сочетаться с существом, которое само есть дух. А каждый человек хотя имеет и тело, но он есть дух. Мы иногда говорим: я этого человека на дух не принимаю. То есть он может и телом быть красив, он может быть и умен, и образован, и остроумен, но душа наша к его душе не лежит. В чем тут дело? Мы разного духа.

Апостол сказал: «Кто Духа Христова не имеет, тот и не Его». Не надо обольщаться, что мы верующие. Можешь крестик на себя нацепить, можешь рясу, можешь митру, можешь в церкви петь, — что хочешь можешь делать, но, если ты Духа Христова не имеешь, ты не Его. А какой этот Дух Христов? Как Его познать? Где Он? Посмотри на жизнь любого святого любого века, любой национальности — и увидишь. Всех святых, хотя они по условиям жизни, по своему образованию, по национальности, цвету кожи были разные, но их объединяло одно: то, что они восприняли Дух Христов. А если Духа Христова человек не воспримет, он воспринимает духов иных — духов тьмы.

Как познать, есть в человеке Дух Христов или нет? Господь сказал: «По плодам их узнаете их... дерево доброе приносит и плоды добрые, а худое дерево приносит и плоды худые». А апостол Павел, по неизреченной милости Божией, оставил нам такие слова: «Плод духовный есть любовь, радость, мир, долготерпение, благость, милосердие, вера, кротость, воздержание». Поэтому духовным человеком, по определению, мы называем только того, который сочетался с Духом Христовым. Каждый человек — носитель каких-то духов, может быть, даже очень могущественных, но духовным мы его не называем, а можем даже назвать его антидуховным. Только кто Духу Христову сочетался, тот Его Духом и пропитан. И тогда в жизни его эта духовность, это зрение духовное проявляется — в любви, в кротости, в воздержании, в терпении, в смирении, в послушании, в благости, в милосердии, в вере. Вот такие плоды приносит христианская жизнь. А если нет Духа Христова, то в человеке все противоположные духи: зависть, злоба, блуд, жадность, болтливость, чревоугодие.

Все безумия человеческие, отчего они? Оттого, что человек одержим другими духами, которые его ведут в погибель и, собственно, уже привели. Человечеству осталось жить, по всему видно, совсем немного. Потому что трудно представить, чтобы все люди вдруг очнулись и вновь бы ко Христу прилепились. Трудно предположить, что история вдруг повторится сначала. Человечеству был уже дан шанс, и одни народы приняли Христа, другие, приняв, отвергли, а третьи так и не приняли и даже и не хотели принимать. Каждый народ это проходит. И каждому из нас дана и сейчас такая возможность: вот мы родились на свет, и мы можем прозреть, а можем умереть во тьме. Это зависит только от нас, от нашего желания: если мы захотим прозреть, мы прозреем.

Но человек в своем безумии занимается неизвестно чем, какие угодно проблемы решает: одна проблема, другая проблема. А на самом деле эти все проблемы с нашей личной смертью просто закрываются. Если мы не достигнем божественной жизни, то вся наша жизнь не имеет абсолютно никакого смысла. Все то, что мы делаем здесь, на земле, — это абсолютно все скучно и неинтересно и никому не нужно, это все бессмысленно.

Посмотрим на пятимиллиардное человечество: к чему оно вообще стремится? Каждого отдельного человека рассмотрим — и мы увидим, что людей, стремящихся к подлинно духовной жизни, к прозрению, ко Христу, по пальцам можно сосчитать. Но ради этих людей, хоть их немного, мир этот пока еще и стоит. А когда они иссякнут, мир этот будет просто не нужен. Бывает так: в доме пара бревен еще более-менее целых есть, и он держится на липочке, но достаточно какого-то дуновения — и он рухнет. Вот так и все человечество: его духовное состояние таково, что все как на липочке: один деньги зарабатывает, другой к развлечениям стремится, третий еще чем-то занят. Очень много всяких интересных вещей. И все погружены совсем не в то, что нужно.

Как Амвросий Оптинский говорил: на одной стороне деревни пожар, а на другой говорят: о, до нас еще нескоро. Ну да, нескоро, еще минут десять-пятнадцать — и здесь загорится. Но нет, человек спокоен: у него стена дома загорелась, а он сидит, продолжает пить чай. Что это значит? Либо он сумасшедший, либо он слепой. Но трудно предположить, что все пять миллиардов сумасшедшие. А что тогда остается? Слепота: человек не понимает.

Каждый человек знает, что он умрет — так надо же об этом думать, готовиться. Вот ты умрешь — куда твоя душа пойдет? За каждый грех ты будешь отвечать. И это все знают: и индуист, и мусульманин, и буддист — каждый чувствует, что будет Страшный суд. Спрашивается, а почему же человек не исправляется? Потому что слепой. Он не верит, он не дает себе возможности подумать. Те духи, которые властвуют над его душой, это они ему диктуют. И человек как куколка, которую за ниточки дергают — и она ручками-ножками дрыгает. Так вот и диавол: он дергает за ниточки, а людишки прыгают в ту сторону, в которую ему нравится.

И Христос для того и на землю пришел, чтобы эти все ниточки разорвать, чтобы показать ясно, какая должна быть жизнь. Он для нас, для слепых — потому что мы люди не духовные, мы от Бога оторвались, не можем познать Бога, — явился как человек. А ученики записали Его слова, Его дела, чтобы, вглядываясь в это, мы прозревали, познавали слово Божие, чтобы оно в нас жило. А мы как?

Вот пришли в храм взрослые люди, говорят: мы хотим креститься. Хорошо, говорю, читайте Евангелие, начинайте ходить на службу — ведь крестимся мы во Христа, так надо познать Этого Христа. А сегодня из восьми человек пришел только один, остальных нет. Креститься хочется, но какой-то труд приложить для того, чтобы познать, во что креститься, — этого нет. Лучше пойти двадцать пять рублей заплатить — покрестят тебя, крестик повесят, и все, имеешь право на Пасху выпить, ты уже крещеный. Но и Гитлер, и Дзержинский были крещеные. Все крещеные. А была бы у нас в стране другая какая-то традиция, буддизм, они пошли бы в буддистский храм, приняли бы там посвящение или еще что-то. То есть религиозное чувство надо удовлетворить, а Христос не нужен, и заповеди Его не нужны.

Сегодня крестил деточек, спрашиваю родителей: какие вы знаете заповеди? Одна женщина говорит: знаю семь заповедей. И начала заповеди Моисеева закона перечислять. И другие вспомнили — кто одну, кто две. Я говорю: эти заповеди даны были человечеству за полторы тысячи лет до Христа. А Христос-то, в Которого крестятся ваши детки, что Он-то принес на землю? Никто ничего не знает. Спрашивается: зачем тогда детей крестить? Опять, религиозное чувство требует что-то такое исполнить, что-то такое зробить. Вот умер человек — надо что-то обязательно сделать: третий, девятый, сороковой день, рису наварить, бумагу с песком из церкви принести, что-то заказать, обязательно заплатить, потому что не заплатишь — как-то не то. Заплатил — душа спокойна: заказал — получил. Потому что зря-то деньги не берут. Взяли — значит, что-то такое там есть. А что? Неинтересно даже, никакого нет интереса.

Когда Христос пришел, иудеи, глубоко верующие, всё исполняющие, все закончики знающие, Его распяли. Вот так и абсолютное большинство людей, которые ходят в церковь, каждый день сознательно распинают Христа и никакого отношения ко Христу на самом деле не имеют — так же, как не имели отношения к народу израильскому те иудеи, которые науськивали народ, чтобы он кричал: «Распни, распни!» Никакого отношения. А верующие они? Верующие, глубоко верующие, так что даже и дна не видно, так глубоко.

Поэтому надо нам, братья и сестры, если мы хотим действительно стать подлинными христианами, начинать с покаяния. Единственное, что застилает человеку глаза на этом пути, — это грех. Поэтому надо читать Евангелие, надо познавать эту светлую дорогу, сравнивать свою жизнь с этим Светом и все стараться исправлять. И от каждого нашего шага на этом пути исправления будут светлеть очи нашей души. И чем больше будет глубина нашего покаяния, тем ясней и ясней мы узрим Христа. Поэтому в те слова, которые Христос говорил, надо стараться глубоко вникнуть, глубоко их принять в сердце и сделать их руководством нашей жизни. Вот тогда мы прозреем. В противном случае — во грехах родились и во грехах и умрем. А смерть грешника люта.

Господь сказал: «Не всякий, говорящий Мне: «Господи! Господи!», войдет в Царство Небесное». Ой, не всякий! Это тут, перед людьми можно лицемерно улыбаться, что-то из себя изображать, а Господь знает тебя насквозь, кто ты есть. Поэтому можешь стучать — не стучать, Господь скажет: отойдите, Я даже вас не знаю. Не потому, что Он нас действительно не знает. Господь каждую букашку на земле знает, и каждый волос на нашей голове Им сочтен. Но если мы Его в свое сердце не впустили, то, значит, дух наш никогда не сочетался с Духом Христовым, а только с духом злобы, духом зависти, духом немилосердия, духом крика и всего того зла, о чем каждый про себя знает.

Поэтому вся христианская жизнь заключается в борьбе с этим духом нечистым, со всеми проявлениями его, для того чтобы приобщиться к Духу Христову. Помоги нам в этом Господь по молитвам всех святых. Аминь.

Храм Святителя Митрофана Воронежского,
11 мая 1991 года, вечер