Протоиерей Димитрий Смирнов
ПРОПОВЕДИ. КНИГА 8

Воскресное всенощное бдение.
Празднование Казанской иконы
Божией Матери

Всегда после исповеди бывает особенно видно, что нам всем мешает. Выслушивая разных людей и сопоставляя проступки, в которых они каются, становится ясно, что причина всех наших бед заключается в гордости. Как ни прискорбно, но этим дьявольским грехом мы обуреваемы все. И чем больше степень этого пленения, тем горше наша жизнь. Поэтому если у человека на душе нехорошо, тяжело, немирно, надо ему понять, глубоко усвоить хотя бы умом, что, значит, это гордость его обуяла. Потому что смиренный человек вообще не скорбит: его утешает благодать Божия.

Путь к смирению идет через послушание. С чего началось христианство на земле? С того, что Пресвятая Дева, Которую мы сегодня чтим в Ее Казанской иконе, сказала: «Се, Раба Господня». Архангел возвестил Ей такие слова, которые Она не могла вместить — как же Я могу, если Я мужа не знаю, родить дитя? Не могла еще в Ее отроческую голову взойти великая тайна, к которой Она шла всю жизнь. В Евангелии мы видим указание на то, что Матерь Божия не сразу понимала все, что говорил Ее Господь и Сын, но слагала в сердце Своем, пока Его слово не проросло в Ней и не дало обильный плод, благодаря которому Она стала Царицей неба и земли.

Все это совершалось постепенно, потому что если бы это случилось сразу, Господь сразу бы взял Ее на небо. Когда человек готов, Господь его забирает, а если не готов, Господь будет ждать и стараться изо всех сил привести его к познанию истины. Этот путь проходят все, от Пресвятой Богородицы, Которая выше Ангелов, Серафимов и Херувимов, и кончая нами, последними грешниками на земле. Это особенно видно в сегодняшнем воскресном Евангелии. Мария Магдалина «стояла у гроба и плакала» — плакала потому, что разрушилась вся ее жизнь, смысл которой заключался в том, чтобы ходить за Господом и чем можно Ему служить. В этом она находила утешение, этим она жила — и вдруг Его не стало. Ее сердце надрывалось, она пришла ко гробу и плакала. «И, когда плакала, наклонилась во гроб, и видит двух Ангелов, в белом одеянии сидящих, одного у главы и другого у ног, где лежало тело Иисуса. И они говорят ей: жена! что ты плачешь?» Для них это было непонятно. Ангелы — существа духовные, они зрят истину, а человек — грешник, он не видит, что Пасха совершилась; он не видит, что Христос воскрес; он не видит, что отныне все будет по-другому. Он только видит, что разрушается его земная жизнь, и от этого скорбит.

Мария говорит: «Унесли Господа моего, и не знаю, где положили Его». Хотя бы тело обрести — единственное утешение. Воздать любовь, умастить теми благовонными веществами, которые полагаются по обряду. Это очень понятно по-человечески. Все люди во что бы то ни стало стараются своих покойников отпеть. Пусть он умер от пьянства или покончил с собой, близкие идут на любые ухищрения, чтобы только совершить обряд. Потому что, нечто такое сделав, человек успокаивается: вроде все в порядке. Так же и Мария: сердце ее не было спокойно, потому что, пока не совершишь вот это все, что положено, нет какого-то завершения. Поэтому когда люди приносят покойника отпевать, у них бесконечные вопросы: надо ли переворачивать стол вверх ногами, или как полы мыть, или кто должен идти с венком, впереди или сзади? Некоторые придумали теперь, что сын не может нести гроб отца, и всякие другие штуки — для того, чтобы это все соблюсти и этим утешиться. А Господь требует совсем другого. Господь хочет, чтобы каждый человек прозрел, хотя бы перед лицом смерти любимого человека. Господь хотел, чтобы и Мария прозрела.

Когда она обратилась назад, «увидела Иисуса стоящего; но не узнала, что это Иисус». Да, очень часто мы не замечаем, что Господь с нами рядом, что мы можем оказать Ему услугу, можем оказать Ему любовь. Мы этим не пользуемся из-за своего эгоизма, мы все хотим себе служить, мы хотим свое тщеславие тешить, свою скорбь утешить, до чужой скорби нам особо дела нет. Даже интересный феномен: мы в приходе набрали группу замечательных женщин, которые решили начать подвиг — ухаживать за больными. Но я не знаю, есть ли на свете сила, которая может их удержать от зуда, потому что они все хотят проповедовать, хотят делать то, что им никто не благословлял. Тщеславная жажда во что бы то ни стало показать другому, что ты имеешь нечто, чего он не имеет, превозмогает все. И то, что из-за этого все дело может быть разрушено, никого не останавливает, и если это дело рухнет, то только из-за пустых разговоров.

«Иисус говорит ей: жена! что ты плачешь? кого ищешь? Она, думая, что это садовник, говорит Ему: господин! если ты вынес Его, скажи мне, где ты положил Его, и я возьму Его». Вот так часто, подходя к больному, мы думаем, что это садовник, пекарь, слесарь, мы думаем, что это наша мать, наш отец, — а это страждущий Христос, Который ждет от нас любви, Который ждет от нас утешения, Который хочет от нас добра, Который хочет, чтобы мы Его не мучили. Но тщеславный зуд помрачает наш ум, и мы не видим в окружающих нас людях Христа. Поэтому Господь говорит: «возлюби ближнего твоего, как самого себя». Почему? Да потому, что каждый ближний — это есть Христос, Которого мы можем принять или Которого мы можем отвергнуть.

И вот Господь открывается Марии. Он говорит: «Мария! Она, обратившись, говорит Ему: Раввуни! — что значит: Учитель! Иисус говорит ей: не прикасайся ко Мне, ибо Я еще не восшел к Отцу Моему; а иди к братьям Моим и скажи им: восхожу к Отцу Моему и Отцу вашему, и к Богу Моему и Богу вашему. Мария Магдалина идет и возвещает ученикам, что видела Господа и что Он это сказал ей». Почему Он первой ей явился? Потому что из всех апостолов, из всех жен-мироносиц только она одна была способна к послушанию. Как она любила Христа — и вот Он перед ней! Она Его узнала, уже хотела броситься к Нему — а Он говорит: нет, не прикасайся. Господь ее испытал: сможет ли она сдержать свой зуд, такой душевный, человеческий, очень понятный, это стремление своего сердца, сможет ли она остановиться? И она остановилась, то есть она послушалась Господа. Тогда Он говорит: «Иди и скажи» — иди проповедуй теперь воскресшего Христа, ты будешь первая проповедница. И Мария первая возвестила апостолам весть о том, что Христос воскрес, и стала впоследствии равноапостольной.

Почему Господь дал ей такую возможность, ей это повелел? Другим людям, которых Он исцелял по всей Палестине, Он говорил: никому ничего не рассказывайте, ради Бога, замолчите, а ей сказал: «Иди и скажи». Почему? Потому что ты с этим справишься, ты умеешь себя обуздывать, обуздывать свой зуд. Вот это очень важно: уметь держать себя в узде, все свои страсти, все свои чувства. То есть надо свою волю все время укреплять — и тогда будет результат, тогда будут плоды, тогда действительно вокруг нас могут спастись тысячи, как спаслись вокруг равноапостольной Марии Магдалины, как спаслись миллионы людей по молитвам ко Пресвятой Богородице. Потому что эти прекрасные женщины сотворили то, что им было повелено от Господа.

А мы не можем ничего повеленное от Господа исполнить, потому что тот зуд, который в нас, зуд нашей гордыни бесовской, нам этого делать никак не дает. Каждый из нас считает себя умным, знающим, как надо. И в результате получается лебедь, рак и щука: каждый знает, куда вести воз, поэтому воз стоит на месте. Поэтому так и в семьях наших, поэтому и в воспитании детей наших у нас ничего не получается. Потому что мы не умеем слушаться ни отца с матерью, ни мужа, подчиненные — начальника. Мы по гордости это отметаем, хотя Господь всю нашу жизнь устроил так, чтобы мы с самого детства, с младенчества до смерти были у кого-то в послушании. Потому что это единственное, что может человека смирить, смирить его гордыню. И если бы мы это старались использовать, то мы бы преуспевали в духовной жизни и постепенно прозревали. В противном случае мы так в слепоте и умрем и никогда Бога не увидим, потому что все хотим по-своему.

Господь не может открыться нам, потому что одно из главных свойств Божиих — это смирение. Христос сказал: «Научитеся от Мене, яко кроток есмь и смирен сердцем: и обрящете покой душам вашим». А покоя у нас нет, мы все время мучаемся, мятемся, все время у нас голова идет кругом, мы все время страдаем, охаем и ахаем. Почему? Маловерны. А почему маловерны? Потому что слепы. А почему слепы? Потому что горды.

Как известно по пословице, кого Господь хочет наказать, у того отнимает разум. Есть подобная ей: на дураков не обижаются. Потому что ну что с безумца взять? Учить его бесполезно, он не хочет, он не способен к этому: он сам все знает, сам все умеет. Поэтому Господь, чтобы снять хоть часть ответственности за его безумные поступки, лишает его разума совершенно, и, по слову апостола Павла, такой человек предается «сатане во измождение плоти». Или как сказано: строптивым посылаются пути стропотные. У многих из нас жизнь трудная, очень даже трудная. Но в основном вся трудность нашей жизни из-за того, что мы очень строптивы. А Господь изо всех сил хочет нас спасти. Поэтому Он нас старается все время, постоянно смирять. А раз мы не понимаем простых вещей, значит, Господь посылает более трудные. Ведь у Бога, чтобы нас спасти, всего лишь семьдесят, от силы восемьдесят лет — срок очень маленький, и при нашей такой увертливости и жестоковыйности Ему очень трудно.

Вот Он нас всех собрал в Церковь, для того чтобы нас спасти, чтобы мы вчитывались, вдумывались в Его слова, чтобы мы учились святому послушанию. В чем его святость? Да в том, что Ангелы своей жизнью имеют исполнение воли Божией. Они духи служебные, они постоянно всем своим существом служат Богу. А мы даже в самом благом деле часто стараемся служить себе, своему тщеславию, своему превозношению, своей гордыне: только все для себя, все себя считаем центром. А надо наоборот, надо помнить, что, если хочешь быть первым в Царствии Небесном, будь всем слуга. А что такое слуга? «Ну-ка пойди сюда, сделай-ка это!» — «Слушаюсь, ваше высокоблагородие» — и бегом. Вот это есть послушание. Вот для этого-то люди в монастыри уходили, там искали подлинно духовной жизни. Потому что ну как еще можно достать из себя вот это свое «я», которое противится Богу? Только таким образом.

Поэтому, дорогие братья и сестры, давайте последуем Пресвятой Богородице. Конечно, мы не можем ставить Ее себе в пример, потому что Ее подвиг непостижим даже для Ангелов. Но вот для нас пример — Мария Магдалина, которая была во всем подобна нам и первой узрела воскресшего Господа. Значит, это возможно и для женского естества, нет тут ничего такого сверхъестественного. Только надо понять, с чего нам начинать, и помнить, что каждый раз, когда мы испытываем какое-то смущение, обиду, тягость, раздражение, этому всегда предшествует гордость. И если мы впали в какой-то грех, может быть мерзопакостный, то, значит, перед этим шествовала гордыня.

Как человек загордился, благодать Божия не может пребывать в его сердце, потому что гордыня — грех дьявольский, тошнотворный, совершенно богопротивный, и Господь Дух Святый отходит сразу. А раз отходит Дух Святый, человек катится в бездну, бросается во все тяжкие: начинает ругаться, осуждать, ненавидеть, клеветать, подозревать, грубить, придумывать какие-то вещи немыслимые. То, что ему бес нашепчет, принимает за чистую монету, убедить его ни в чем нельзя, он сам все знает — то есть он похож на совершенно сумасшедшего человека. И к сожалению, многие, которые идут этим путем, кончают этой трудной больницей, где все против воли: попробуй пикнуть — тебе санитары покажут, тебе медсестра такой влупит укол, тебе врач такие пилюли пропишет, что ты будешь ходить по струнке и шелковый. Опять же почему? Другого пути нет. Путь к свободе от греха идет только через смирение. Так же и в тюрьме: человек не хочет жить по-человечески, он считает, что он сам все знает, он папу, маму не слушает — и оказывается в тюрьме. А там что? Злоба и жестокость; шаг влево, шаг вправо — побои. Тебя заставят, тебя будут ломать, ломать, пока не сломают. Почему? Не хотел жить, как прочие человецы, ну вот иди теперь этим скорбным путем. Но кто ж в этом виноват, кроме тебя?

Поэтому надо всегда помнить, что всем распоряжается Господь. И каждый человек, обращающийся к нам, и каждое событие, которое мы встречаем в своей жизни, посланы Им. Недаром старцы Оптинские заповедали молиться так: «Господи, дай мне с душевным спокойствием встретить все, что принесет мне наступающий день. Дай мне всецело предаться воле Твоей святой». Вот этому надо нам учиться. Это не сразу, конечно, не за месяц, не за два и даже не за годы. Но по этому пути надо нам идти каждому, потому что мы все духом гордости, к сожалению, заражены.

Помоги нам Премилостивый Господь за молитвы Пресвятой Богородицы, память Казанской иконы Которой мы ныне празднуем. Аминь.

Храм Святителя Митрофана Воронежского,
20 июля 1991 года, вечер