Сергей Фудель
Воздух Церкви


УСТАВ ЦЕРКОВНЫЙ

Устав зовёт к молитвенному подвигу, то есть к «побеждению», а не к «угождению» плоти, и, воспринимаемый так, он есть святое оружие духовной борьбы. Опасность устава начинается тогда, когда забывается его историческая условность, и его начинают как бы догматизировать, возводить в догмат. Тогда и возникает это «оцеживание комаров и поглощение верблюдов», то есть подмена христианства ветхозаветной обрядностью.

Уставом нельзя пренебрегать, но всегда при этом надо помнить: «суббота для человека, а не человек для субботы» (см. Мк. 2, 23-27). В этом смысле отец Алексей Мечёв и говорил: «Любовь выше устава».

Сочетание свободы любви с церковным уставом возможно только тогда, когда в человеке всё стоит на своем месте: «безусловное на первом, условное на втором». О безусловном нам сказано ясно: «Ищите же прежде Царства Бо-жия и правды его, и это всё приложится вам» (Мф. 6, 33). Царство Божие «внутри нас», в благодати Святого Духа. Поэтому, особенно в наше время ухода от основ христианства, от его духовности, не о том надо прежде всего болеть, что не знаем Устава, но о том, что так мало людей знает, что стяжание Святого Духа должно быть постоянной, ежедневной целью каждого христианина. Это апостольское завещание вновь произнесено у нас преподобным Серафимом Саровским.

Сочетание свободы с Уставом возможно только через духовность, через стяжание Святого Духа. И тогда сама собой разрешается антиномия, на одной стороне которой: «Устав -это святое предание», а на другой - слова: «Если же вы духом водитесь, то вы не под законом» (Гал. 5,18) Устава.

Рассудочный бунт против содержимых в Уставе церковных форм есть чистое протестантство, то есть неверие в Церковь, в то, что жизнь её может наполнить своим нетленным содержанием разнообразные формы.

Ещё при жизни Василия Великого, то есть во второй половине IV века, Евхаристический хлеб давали всем в руки, и они могли хранить его у себя дома для больных. Но было бы безумием ввести просто так, административно, в нашу жизнь эту первохристианскую практику, не имея для этого ни почвы в духовном уровне верующих, ни нужды. Когда же обстоятельства и духовные и внешние меняются, тогда Церковь просто и благодатно переходит от одних форм к другим.