Сергей Фудель
Воздух Церкви


ТАЙНА ХРИСТИАНСТВА

Христианство обрело свою постоянную духовную форму на Тайной Вечере, и можно сказать, что христианство - это Тайная Вечеря. Всё христианство - в этом окружении учениками своего Учителя за бессмертной трапезой Таинства: «Хлеб небесный и чашу жизни вкусите и видите, яко благ Господь». Он - в центре, предающий Себя на распятие и уже предваряющий это распятие в том, что именно тут, за этим столом Вечери, Он отдаёт Своё Тело и Кровь на непостижимое, сверхъестественное питание верующих: «При-имите, ядите, сие есть Тело Мое». Узкий путь, на который повел за Собою Христос человечество после этой ночи, так явно превышает естественные склонности греховного человечества, что начало пути необходимо открылось сверхъестественным укреплением.

Но оно же стоит и как цель и завершение: Да ядите и пиете за трапезою Моею в Царстве Моем (Лк. 22,30). Приобщение к Божественному миру, вхождение через преодоление естества в свою, человеческую, но уже преображённую и обожествлённую Вечную жизнь, есть путь и цель христианства. И реальность этого вхождения ещё здесь, на земле, в иной, уже не только земной мир, действительность второго рождения человека всегда пугала людей.

Ядущий Мою Плоть и пиющий Мою Кровь пребывает во Мне, и Я в нем... Многие из учеников Его, слыша то, говорили: какие странные слова! Кто может это слушать?.. С этого времени многие из учеников Его отошли от Него... Тогда Иисус сказал двенадцати: не хотите ли и вы отойти? (Ин. 6,56,60,66-67).

Тут испытание веры и любви, а не только веры, и испытание не только апостолов, но и всех нас. Симон Петр отвечал Ему: Господи! К кому нам идти? Это поразительно, что он так именно начал свой ответ и что это именно так для нас записано. Он мог бы сказать что-нибудь совсем благополучное, например: «Мы не так, как те, маловерные, мы всё понимаем». Он как бы так начал свой ответ: «Да, конечно, и в нас есть сомнение, но, Господи! В нашей любви к Тебе сомнения нет». Затем Пётр сказал: Ты имеешь глаголы вечной жизни (Ин. 6, 68).

Господи! К кому нам идти? Любовь к личности Христа - вот та огненная печь, в которой сгорают все сомнения, в которой очищается золото веры. За Христом можно идти только с любящей верой, и тогда эта вера перестаёт бояться того, что сверх нашего естества, того, что ему ещё непостижимо, перестаёт бояться невидимого мира, зная, что в этом невидимом мире живёт в Своём человеческом теле - сейчас, теперь, в нашу страшную эпоху, - Господь Иисус. Только через это обретение Его в этой невидимости мы начинаем понимать, что жизнь веры - это тайна, которую надо принять через любовь.

Литургия стоит в центре христианства, а в центре литургии - Агнец, закланный от создания мира (см. Откр. 13,8), или, как в другом месте сказано, предназначенный ещё прежде создания мира (см. 1 Пет. 1, 20).

Церковь прежде всего или больше всего -это литургия.

Через причастие не только наша душа, но и тело наше начинает свою Вечную жизнь, свою Пасху нетления.

Литургия, как повторение Голгофы и Воскресения, есть исцеление мира, «Пасха нетления - мира спасение».

Недостоин причастия только тот, кто не хочет идти за Христом узким путём покаяния и любви. Только в покаянии и любви можно во внезапной тишине сердца шептать за священником, вынесшим чашу, эти слова: «Вечери Твоея тайныя днесь, Сыне Божий, причастника мя приими. Не бо врагом Твоим тайну повем, ни лобзания Ти дам, яко Иуда, но яко разбойник исповедаю Тя: помяни мя, Господи, во Царствии Твоем».

Правило перед причастием, то есть все эти божественные молитвы святых, вводят нас в познание истинного смирения и истинного величия человека в Боге, человека как друга Божия и Бога по благодати. Нужно стараться обязательно прочитывать их перед причастием, если только, конечно, это чтение не для успокоения себя, дающее «право» на причастие, точно какой-то «входной билет» к Таинству, а для того, чтобы ими - этими молитвами -толкать двери своего сердца, чтобы они открылись Богу. «Бог не смотрит на лицо, ни на внешнее благочиние, ни на взывания наши, а смотрит на сердце...» (преподобный Симеон Новый Богослов).

«Да не в суд или во осуждение будет мне причащение Святых Твоих Тайн, Господи, но во исцеление души и тела» - с этими словами и со скрещенными на груди руками подходят люди к Чаше: в искренности ощущения этих слов и есть «готовность встретить».