История развития формы креста

Крест карточный "трилистник", копие, губка и гвоздь

      Мотивы возмутительного осквернения и похуления святого Креста сознательными крестоненавистниками и крестоборцами вполне объяснимы. Но когда видим христиан, втянутых в это гнусное дело, тем более молчать нельзя, ибо - по слову святителя Василия Великого - "молчанием предается Бог"!
      Так называемые "игральные карты", имеющиеся, к несчастью, во многих домах, есть орудие бесо-общения, посредством которого человек непременно входит в контакт с демонами - врагами Бога. Все четыре картежные "масти" подразумевают не что иное, как крест Христов вместе с другими равнопочитаемыми у христиан священными предметами: копьем, губкой и гвоздями, то есть все то, что было орудиями страданий и смерти Божественного Искупителя.
      И по невежеству многие люди, перекидываясь "в дурака", позволяют себе хулить Господа, беря, к примеру, карту с изображением креста "трилистника", то есть креста Христова, коему поклоняется полмира, и, швыряя ее небрежно со словами (прости, Господи!) "трефа", что в переводе с идиш означает "скверный" или "нечисть"! Да мало того, эти смельчаки, заигравшиеся в самоубийство, по существу, верят в то, что крест этот "бьется" какой-нибудь паршивой "козырной шестеркой", вовсе не ведая, что "козырь" и "кошер" пишется, например по-латыни, одинаково.
      Давно пора было бы прояснить подлинные правила всех картежных игр, при которых "в дураках" остаются все играющие: они состоят в том, что ритуальные жертвоприношения, по-еврейски называемые талмудистами "кошерными" (то есть "чистыми"), якобы имеют силу над Животворящим Крестом!
      Если знать о том, что игральные карты невозможно использовать в других целях, кроме сквернения христианских святынь на радость бесам, то станет предельно понятна роль карт и в "гаданиях" - этих гадких исканиях бесовских откровений. Надо ли в связи с этим доказывать, что всякий прикасавшийся к колоде карт и не принесший искреннего покаяния на исповеди в грехах богохульства и кощунства имеет гарантированную прописку в аду?



      Итак, если "трефы" - это хула беснующихся картежников на специально для этого изображаемые кресты, называемые еще ими "крести", то что же тогда означают - "вини", "черви" и "бубны"? Не станем утруждать себя переводом и этих ругательств на русский язык, так как у нас не учебник идиша; уж лучше откроем Новый Завет для пролития на бесово племя невыносимого для них Света Божиего.
      Святитель Игнатий Брянчанинов в повелительном наклонении назидает: "ознакомься с духом времени, изучи его, чтоб по возможности избегнуть влияния его" .



      Картежная масть "вини", или иначе "пики", хулит евангельскую пику, то Как предсказывал о Своем прободении Господь, устами пророка Захарии, что "воззрят на Того, Которого пронзили" (12:10), так и произошло: "один из воинов (Лонгин) копьем пронзил Ему ребра" (Ин. 19:34).



      Картежная масть "черви" хулит евангельскую губку на трости. Как предупреждал о Своем отравлении Христос, устами царепророка Давида, что воины "дали Мне в пищу желчь, и в жажде Моей напоили Меня уксусом" (Пс. 68:22), так и сбылось: "один из них взял губку, напоил уксусом и, наложив на трость, давал Ему пить" (Мф. 27:48).



      Картежная масть "бубны" хулит евангельские кованые четырехгранные зазубренные гвозди, коими были прибиты руки и ноги Спасителя ко древу Креста. Как пророчествовал Господь о своем гвоздичном пропятии, устами псалмопевца Давида, что "пронзили руки Мои и ноги Мои" (Пс. 22:17), так и исполнилось: Апостол Фома, сказавший "если не у вижу на руках Его ран от гвоздей, и не вложу перста моего враны от гвоздей, и не вложу руки моей в ребра Его, не поверю" (Ин. 20:25), "поверил, потому что увидел" (Ин. 20:29); и Апостол Петр, обращаясь к соплеменникам, свидетельствовал: "мужи Израильские! - говорил он, - Иисуса Назорея (...) вы взяли и, пригвоздив (ко кресту) руками (римлян) беззаконных, убили; но Бог воскресил Его" (Деян. 2:22, 24).
      Распятый со Христом нераскаянный разбойник, подобно нынешним картежникам, хулил крестные страдания Сына Божия и, по завзятости, по нераскаянности, навсегда отправился в преисполню; а разбойник благоразумный, подавая всем пример, покаялся на кресте и тем наследовал вечную жизнь с Богом. Поэтому будем помнить твердо, что для нас, христиан, не может быть никакого другого предмета упований и надежд, никакой другой опоры в жизни, никакого другого объединяющего и вдохновляющего нас знамени, кроме единственно спасительного знамения непобедимого Креста Господня!