Архиепископ Афанасий (Мартос)
Слова и поучения

Церковные темы

Мать всех церквей

Святая Православная Кафолическая (Соборная) и Апостольская Церковь мало известна западному инословному миру, хотя она стара, как само христианство и имеет более 200 миллионов своих членов во всех частях и странах земного шара.

Западные христиане не знают Православия и им не интересуются. Это видно из их отношений к русским православным храмам, построенным трудами и жертвами наших соотечественников-беженцев в больших городах свободного мира. Их не привлекают наши торжественные Богослужения, не интересует убранство наших храмов, не пленяет пение наших церковных хоров. Поистине к ним относятся слова Христа Спасителя нашего: “Огрубело сердце людей сих, и ушами с трудом слышат, и глаза свои сомкнули, да не увидят глазами и не услышат ушами, и не уразумеют сердцем, и да не обратятся, чтобы Я исцелил их.”

Православием нельзя гордиться, им только можно радоваться. Мы радуемся, что исповедуем Святое Православие – истинную веру Христову. Западный христианский мир не понимает нашей радости, потому что он не понимает сущности Православия. Но он плохо понимает и свою религию, принадлежа к ней по традиции и слепому фанатизму.

Западный христианский мир более материалистичен, чем духовен. Увлечение материальными благами поглощает его. Даже слова молитвы Господней: “Хлеб наш насущный даждь нам днесь,” – он понимает в материалистическом смысле, совершенно чуждом православному сознанию.

Православными заинтересовались масоны, потому что задумали подчинить их себе. Русское Православие изучают римо-католики, потому что хотят обратить православную Россию в католичество. Но православные тверды в своей вере и не поддаются соблазнам чужих.

Западные богословы заговорили о Православии с определённой целью, им известной. Появились на разных языках научные книги о Православии и статьи в журналах о Православной Церкви, но из-под инословного пера они в неправильном освещении. Прочтите любую католическую книгу об этом и вы найдёте характеристику Православия: “Наилучшее исповедание после нашего,” любую протестантскую статью: “После нашей – самая лучшая религия.” При упоминании о Православии они дружно “песнь нову воспевают Богу.”

В общем всё сводится к тому, что все, включая Римского Папу и Архиепископа Кентрберийского, всегда признавали наше апостольское происхождение. Теперь идёт состязание, кто первый добьётся унии с нами. Если Англиканское духовенство ищет единения с нами на равных началах, то Ватикан замышляет обратить нас в Римо-Католичество и подчинить Папе. Работа в этом направлении ведётся.

Наш возраст и авторитет никогда не подвергались оспариванию. Западное христианство оставило Единую, Святую, Соборную (Кафолическую) и Апостольскую Церковь. Рим сделался первым протестантом и вышел из неё, положив этим начало современному римо-католицизму. В дальнейшем процессе от Рима оторвались: лютеранство, кальвинизм, англиканство, старо-католичество, а от этих – всё современное многоликое сектантство. Наша апостольская преемственность не имеет перерыва. Например, православный архиепископ Фессалоникийский с 1957 года восходит по прямой линии к первому епископу этой епархии, к которому святой Апостол Павел адресовал своё послание. Апостольское преемство имеют все наши епископы.

Наши древние Литургии: святого Василия Великого и святого Иоанна Златоуста восходят к апостольским временам. Нынешняя римо-католическая месса относится к 1570 году, а мессы: английская, шотландская и лютеранская установлены ещё позже. Все они юны по сравнению с нашей Литургией.

В период Вселенских Соборов (325-787 гг.) весь христианский мир был в полном единении. На постановлениях Вселенских Соборов мы и доныне стоим. Все остальные христианские религии отступили от этих постановлений и ввели свои новшества, древней Христианской Церкви неизвестные. Мы же отвергаем всякие новшества в вопросах веры и исповедуем только то, что принимали и во что веровали христиане, когда были все едины.

Иначе говоря мы пребываем в лоне Святой, Соборной, Апостольской, Древней и Единой Православной Церкви; мы – сама эта Церковь. Римские католики считают нас схизматиками, но не еретиками. Но с точки зрения Апостольской Церкви семи Вселенских Соборов, оторвавшийся от единства церковного Рим стал схизматическим, а по мнению богословов, даже и еретическим. Поэтому православные не признают учения римо-католиков вселенским, истинным.

Православная точка зрения выражена в одном письме 25-ти тысяч японских обращенцев в Православие таким образом: “Мы встречаем группу послов католиков, которые на вопрос о догматах их веры отвечают: “Сегодня мы содержим такие-то догматы, но что может быть прибавлено завтра мы не можем сказать, потому что тот человек, который имеет право на это, может быть приготовляет что-нибудь новое, что завтра мы обязаны будем принять.” Послы другой группы (протестантской) отвечают: “Сегодня наша доктрина такова, но что мы сможем выбросить из нее завтра, мы ещё сами не знаем.”

Ныне усиленно пропагандируется в христианском мире так называемый экуменизм, старающийся увести людей каждого из своей Церкви, сосредоточив его внимание на идее совместности служения Христу в некой отвлечённой Церкви, имеющей ещё когда-то явиться. Экуменическая концепция церкви такова: это общество добрых людей, которые расходятся между собой во всех мнениях, но усердно ищут правды, с полной убеждённостью, что она не найдена и без всякой надежды на то, что это когда-нибудь случится.

Мы, православные, по крайней мере устойчивы в вопросах веры, постоянны. Наше исповедание утверждается на твёрдом основании, которого никто нарушить не может.

Католики и протестанты упрекают нас, что мы в своей богослужебной практике чересчур высоко церковны. Где у них одна свеча, у нас три, где у них капелька ладана – у нас больше, где они робко пригибают одно колено, мы нисколько не стыдимся совершенно припасть к земле. Едва ли приходится удивляться заявлению американского епископального священника, который, стоя в русском храме в Париже, заявил: “Для своих поклонов вы совсем оттиснули нас за ковёр!”

Если во время наших богослужений и молитв мы стоим, то это согласно постановлению Вселенского Собора, 1600-летие которого праздновал весь Христианский мир в 1925 году и Символ веры которого он, якобы, принимает. Западные христиане ввели обычай сидеть за Богослужением, но это сделано в угоду плоти своей. Древняя Церковь этого не практиковала.

Наша православная византийская иконопись и архитектура единственно для храма изначально созданы. Западная церковная скульптура и готика совершенно юны по сравнению с византийской.

Мы не допускаем в храмах органов, но русское церковное пение считается лучшим в мире.

Вот те духовные ценности, которые мы имеем. С таким верованием, с таким Богослужением и с такой историей Православная Церковь ждёт пришествия Господа нашего Иисуса Христа, Который единый есть Глава её. Лишённая своего внешнего величия и богатства во всём мире, а в советской России ограбленная и теснимая, Православная Церковь с непоколебимой верностью хранит Божественную истину. В Священном Писании нет обетования об окончательном триумфе Христианства в мире, но что остаток устоит и пребудет в истине Христовой, есть. Мы, православные, являем собой этот остаток. Мы знаем об этом потому, что сохранили доселе чистой и неповреждённой “веру, однажды преданную святым” (Послание святого Апостола Иуды, 1:3).


Доклад Архиепископа Афанасия на Епархиальном собрании, 1964 г.

1. Понятие о Церкви

О сущности Церкви можно много говорить. Но нам здесь важно знать, как учит об этом Слово Божие, изложенное в Священном Писании. Святой Апостол Павел говорит, что Церковь есть Тело Христово и глава Тела Церкви есть Христос. Церковь состоит из верующих во Христа православных христиан, окормляемых канонической священной иерархией. Все пребывающие в Церкви связаны между собой любовью, и эта любовь творит из них одно Тело Христово – Церковь. Вражда же членов Церкви между собой или к служителям Церкви есть тяжёлый грех пред Господом, Который есть Глава Церкви. Где господствует грех, там нет Христа, и враждующие члены Церкви выпадают из её состава. Если кто причиняет какой-либо вред Церкви, тем самым он наносит тяжёлые раны Самому Христу Спасителю.

2. О церковной Иерархии

Церковь Христова на земле, по установлению Божию, возглавляется священной иерархией: епископами и их помощниками – священниками и дьяконами. По учению Православной Церкви, “без Епископа нет Церкви,” “без епископа ни Церковь – церковью, ни христианин – христианином не только быть, но и называться не может. Ибо Епископ, как преемник апостольский, возложением рук и призыванием Святого Духа, получив преемственно от Бога данную ему власть решить и вязать, есть живой образ Бога на земле и, по священнодействующей силе Святого Духа, обильный источник всех таинств Вселенской Церкви, которыми приобретается спасение. “Епископ столько же необходим для Церкви, сколько дыхание для человека и солнце для мира,” – так говорят о значении епископа в Церкви Отцы Иерусалимского Собора 1672 г., и тоже самое подтверждается в Послании Восточных Православных Патриархов 1723 года. Если таково догматическое учение Православной Церкви о епископском сане, а священники исполняют свои религиозные обязанности только по благословению и полномочию Епископа, то к Епископам должно быть и большее уважение, как от мирян так и от всех служителей Церкви. Так оно и было в России искони до воцарения там богоборческого коммунизма.

Но в эмиграции епископский сан разменяли на мелочь. Поставили Епископов на положение равное с мирянами, разрушили их высокий авторитет в Церкви и умалили их значение до самого низкого уровня. Наилучшей иллюстрацией такого положения являются церковные нестроения, во время которых с авторитетом Епископов не считаются.

3. Церковные нестроения

В Православном русском обществе заграницей часто возникают споры в храмах и вокруг них, которые приводят к церковным расколам и отрицанию епископской власти. Особенно ярким примером является церковная смута в Сан-Франциско в начале 1960-х годов. Неблагонамеренные люди из церковной среды, преследуя свои определённые цели, подвергают самой циничной и неистовой травле некоторых наших Архипастырей, начиная с Архиепископа Сан-францисского Иоанна, великого молитвенника и подвижника, которого русские шанхайцы почитают за праведника и чудотворца. Публикацией в газетах, журналах и анонимках невероятно лживых и клеветнических статей, они посеяли смуту среди православных, создали вражду и озлобление в церковной жизни и тем парализовали церковную деятельность.

В своём злобном поношении достойных Архипастырей и честных церковных работников авторы этих статей не останавливаются перед самыми непристойными выражениями, едва не переходящую в площадную брань. Распространение печатной и устной клеветы и лжи превосходит всякие христианские понятия и доходит до пределов полной одержимости злой силой. И, что самое ужасное и не поддающееся никакому объяснению, это то, что авторы гнусных инсинуаций и статей гордо называют себя “правыми,” “монархистами,” “законопослушными чадами Церкви,” “борцами за правду,” ратующими за чистоту Православия” и тому подобными именами, каковые, казалось бы, естественно обязывали бы их, хотя бы к самому элементарному приличию, к правдивости и честности в высказываниях, не допускающих такое злонамеренное искажение фактов, ложь и клевету, коими полны все их писания и разговоры. Ужасает та по истине беспросветная злоба, которая дышит в них! И невольно приходит мысль: не поставлено ли всем им кем-то специальное задание очернить совершенно большинство наших архиереев, чтобы подорвать авторитет нашей Зарубежной Церкви в глазах верующих и смешать с грязью ее высокое достоинство перед всем миром? Глубокой скорбью сжимается сердце при сознании того страшного кризиса, который переживает за последнее время наша Зарубежная Русская Церковь. Ничего подобного никогда ещё у нас не было. Но то, что произошло в самое недавнее время переходит уже всякие границы возможного и допустимого и просто леденит душу ужасом. Дальше идти уже некуда! Дальше – это уже полный и окончательный развал, распадение нашей Церкви, которого мы не смеем допустить, ибо наша Церковь сейчас почти единственная, которая не запятнала себя никаким союзом или сговором с врагами Христа Спасителя. Высказанные мною мысли не являются моими собственными, а одного видного церковного деятеля нашей Зарубежной Церкви. В этих словах нет преувеличения или сгущения красок. Несомненно, что здесь выражен крик наболевшей души христианина, глубоко потрясённого происходящим в нашей Церкви и заботящегося о её процветании. Его душевную боль и тревогу мы понимаем, потому что она созвучна нам, потому что будущее нашей Церкви представляется нам в мрачном аспекте, принимая во внимание происходящее ныне.

Большие церковные нестроения в Сан-Франциско и Лос-Анджелесе, церковные раздоры и судебные иски за храмы в Северной Америке, клеветническая и демагогическая кампания против Епархиальных Архиереев в северной Америке, Австралии и Аргентине кучкой политиканов, являются теми тревожными сигналами, которые именно и повергают в уныние верующее сердце православного Архипастыря, священнослужителя и вообще верующего русского человека. Злонамеренные люди наносят тяжёлые раны на живое тело Церкви нашей во многих местах. И если таких ран будет сделано много, то организм Церкви ослабеет и может совершенно умереть. К этому и стремятся враги Церкви Зарубежной. Они мастерски руководят из своих центров разрушительной работой и рабочей силой их являются теми из наших, которые устраивают смуту в Церкви при помощи клеветы и лжи на архипастырей и пастырей, а также на честных тружеников церковных. Цель этого – создать в Церкви смуту и помешать развитию церковной жизни. А над всем этим стоит дьявол, который губит православные души для вечного спасения. Церковь спасает нас для вечности, а дьявол их губит. Это состояние прекрасно выразил Достоевский: “Тут дьявол с Богом борется, а поле битвы – сердце людей.” Но каждый злой деятель на ниве церковной получит от Пастыреначальника Христа награду по делам его. О таких мы скорбим и молимся, чтобы Господь вразумил их, ибо, быть может, они не ведают, что творят, а если злое творят сознательно, то тем хуже для них.


Значение епископского звания и Собора Епископов
К предстоящему Архиерейскому Собору

В воскресенье 8/21 октября с. г. в Синодальном доме в гор. Нью-Йорке (США) открывается Собор Епископов Русской Православной Церкви Заграницей под председательством Высокопреосвещеннейшего Митрополита Анастасия. Главным предметом занятий явится обсуждение необходимых мероприятий для укрепления Святого Православия перед лицом существующих в мире течений, а также решение по другим делам общецерковного значения. Занятия Собора продлятся предположительно две недели. Это шестой Собор после второй Мировой войны, из коих пятый на территории Соединённых Штатов Северной Америки. Созываются они обычно каждые три года. По этому поводу не является для нас лишним познакомиться с вопросом, что такое епископский сан в Церкви Христовой и каково значение Епископских соборов. Эта тема необходима в наше время, потому что многие этого не понимают. Среди наших соотечественников в эмиграции крайне оскудело чистое православное сознание, и епископский сан оценивается мирскими понятиями. Почти поголовно все, за малыми исключениями, к епископу относятся без должного уважения и часто ставят его наравне с мирскими людьми. Поэтому стало обычным явлением в деловых отношениях с епископом, когда миряне повышают голос в разговоре с ним, предъявляют ему свои требования и ведут себя непочтительно по отношению к нему. В храме или вне его редко кто спрашивает благословение у епископа, а норовят поздороваться с ним по мирскому обычаю, протянув ему руку. Демократические понятия многим вскружили голову и утеряна разница между прихожанами и епископом. Беспощадная и в большинстве случаев несправедливая критика мирянами епископа свидетельствует о том, что епископский сан для таких критиков не имеет никакого значения, и что они его не уважают.

Из глубокой христианской древности идёт церковное учение о непререкаемой важности, о высоком достоинстве и величии епископского звания и служения. Вот, как писал о нём, например, ещё в начале второго века христианской эры непосредственный ученик Апостолов Христовых священномученик Игнатий Богоносец, Епископ Антиохийский:

“Смотрите на епископа, как на самого Христа. Нехорошо некоторые действуют без епископа, надобно не только называться, но и быть христианами, тогда как некоторые на словах признают епископа, а делают всё без него".

“Без него никто не делай ничего, относящегося к Церкви. Только та Евхаристия (святое Таинство Тела и Крови Христовой) должна почитаться истинной, которая совершается епископом, или тем, кому он сам предоставит это".

“Прекрасное дело – знать Бога и епископа. Почитающий епископа почтён Богом; делающий что-нибудь без ведома епископа служит дьяволу".

"Внимайте епископу, дабы и Бог внимал вам".

По учению святого Отца Церкви священномученика Киприана Карфагенского, без епископа нет Церкви, и кто не с епископом, тот не в Церкви. В “Послании о Православной Вере” Восточных Патриархов 1723 года, которое почитается у нас правилом Православной веры или так наз. “ символической книгой,” говорится: “Дух Святый поставил епископов, как правителей, пастырей, глав и начальников… Поелику, между прочими нечестивыми мнениями, еретики утверждали и то, что простой священник и архиерей равны между собою, что можно быть и без архиерея, что несколько священников могут управлять Церковью, что рукополагать во священника может не один архиерей, но и священник, – то мы, сообразно с мнением, издревле господствующим в Восточной Церкви, подтверждаем, что звание епископа так необходимо в Церкви, что без него ни Церковь Церковью, ни христианин христианином не только быть, но и называться не может. Ибо епископ, как преемник Апостольский, возложением рук и призыванием Святого Духа получив преемственно данную ему от Бога власть решить и вязать, есть живой образ Бога на земле и, по священнодействующей силе Святого Духа, обильный источник всех таинств Вселенской Церкви, которыми приобретается спасение. Мы полагаем, что епископ столь же необходим для Церкви, сколько дыхание для человека и солнце для мира. Очевидно также, что Епископский сан отличается от сана простого священника. Ибо священник рукополагается Епископом, а Епископ рукополагается не священниками, но, по правилу Апостольскому, двумя или тремя Архиереями. Притом священник избирается Епископом, а Архиерея избирают не священники и не светские власти, но Собор высшей Церкви того края, где находится город, для которого назначается рукополагаемый.”

Из всего выше сказанного каждому благонамеренно настроенному православному христианину должно быть ясно, что не могут почитаться и именоваться “Церковью” те религиозные группировки и организации, в которых игнорируется власть Епископа и в которых фактически распоряжаются священники и миряне. Мало того: лица, не считающиеся с Епископом и не признающие над собой его власти, даже и “христианами” именоваться не могут. Но при этом следует указать на другое авторитетное свидетельство – “Окружное послание Единой, Святой, Соборной и Апостольской Церкви,” изданное 1848 году. Оно гласит: “У нас ни Патриархи, ни Соборы никогда не могли ввести что-нибудь новое, потому что хранитель благочестия у нас есть самое тело Церкви, то есть, самый народ,” но тут же и поясняется, в каком смысле надлежит правильно разуметь это: “который всегда желает сохранить веру свою неизменною и согласною с верою отцов.” Здесь, следовательно, имеется ввиду тот случай, когда Епископ сам отступает от веры Отцов, то есть, становится еретиком или раскольником. В этом случае паства, естественно, разрешается от повиновения ему, от необходимости следовать за ним. Примеры этого в наше время мы видели у нас на родине, когда верующие русские люди, ревновавшие о хранении святой истины Православия, отказывались признавать своими Архиереями Епископов, ушедших в так наз. “Живую Церковь” или “обновленчество.”

Пример такого твёрдого стояния за веру Отцов обнаружили греки в 1923 году, когда принудили отказаться от патриаршего престола Вселенского Константинопольского Патриарха Мелетия IV, который замышлял провести в Православной Церкви ряд реформ, противных духу истинного Православия. Епископ лишь до тех пор Епископ, пока он сам стоит в истине, ибо “Церковь Бога живаго,” высшим служителем которой он является, есть “столп и утверждение истины” (1 Тим. 3:15). Но конечно, для такого суждения об отступлении Епископа от Истины должны быть налицо весьма веские основания и факты.

Каково же значение Архиерейского Собора в свете всего вышесказанного? Архиерейский Собор, или собрание Епископов, съехавшихся в одно место для взаимного молитвенного братского общения и для решения в духе истинной веры и благочестия церковных дел, есть, прежде всего, великое и радостное торжество веры, воодушевляющее паству и поднимающее дух всех истинных чад Церкви. Как Епископу принадлежит вся полнота духовно-благодатной власти в его епархии, так Собору Епископов принадлежит вся полнота власти в каждой Поместной Церкви, а Вселенскому Собору – во всей Вселенской Церкви. Чем чаще созываются Архиерейские Соборы, тем это лучше и полезнее для Церкви. В первые века Христианства они созывались дважды в год, а потом, по разным неудобствам, однажды в год. В нынешних условиях Русской Православной Церкви Заграницей, распространившейся по всем пяти частям света, такой частый созыв Соборов стал невозможным, и мы стараемся созывать их хотя бы каждые три года. Среди общего шатания умов, маловерия и неверия, а также попрания христианской нравственности предстоящий архиерейский собор имеет величайшее значение для всей нашей Зарубежной Русской Церкви. Верим, что Господь благословит полным успехом все деяния этого Собора во благо Церкви.


Духовенство и народ

Всякий народ, исповедующий ту или иную религию, имеет своё определённое отношение к духовенству своей религии. Это отношение вырабатывалось столетиями и находилось в большой зависимости от степени религиозной настроенности данного народа, а также от его культурного состояния. Народы религий католической и протестантской всегда относились и относятся к своему духовенству благожелательно и с уважением. Это мог видеть каждый, кто жил в странах Западной Европы. Такое отношение сложилось не потому, что там духовенство идеально и беспорочно, а потому что народ воспитан в уважении к духовному сану. Если же среди этих народов имеется какой-то процент людей, враждебно настроенных к духовенству, то это коммунисты и злостные безбожники, которые составляют незначительное число и никакого влияния на народные верующие массы не имеют.

В каком же положении находится наше православное русское духовенство среди своего народа и всегда ли оно пользовалось подобающим его сану почётом и уважением? Этот вопрос является темой нашего рассуждения.

Русские люди весьма охотно говорят о своём духовенстве, главным образом о своих приходских батюшках, настоятелях приходов. В этом не трудно убедиться – стоит только ближе познакомиться с кем-нибудь из прихожан и начать с ним речь о священнике. Если бы эти разговоры велись в благожелательном духе, то это было бы хорошо, так как они свидетельствовали бы о любви к своему духовенству. Но, к сожалению, такие разговоры часто содержат в себе горечи и раздраженности по адресу духовных лиц всех рангов и положений. Говорят обычно плохое и редко хорошее, как будто хорошего мало или совсем нет. Бывает по пословице: “плохая молва бежит, а хорошая лежит.” На плохие разговоры можно было бы не обращать внимания, если бы они не смущали многих “малых сих,” людей наивных, привыкших судить о христианской религии по поведению духовенства. Особенно такие разговоры развращают молодёжь, отталкивают её от религии. В таком смысле плохие разговоры о духовных лицах наносят большой вред вере и Церкви, губят человеческие души для вечности.

Привычка говорить плохое о своём духовенстве сделалось как бы национальной особенностью русского человека. Ещё в старой Имперской России, а о коммунистической и говорить не приходится, образованный класс любил шутить над батюшками, рассказывать про них анекдоты, особенно про монахов, причём в содержание их вкладывали много смешного, уродливого и порочного, представляя духовных лиц в самых мрачных красках, что глубоко оскорбляло и унижало духовенство. И этим делом занимались не только простые обыватели, но даже лучшие поэты и писатели, претендующие на воспитательную роль всего народа. Такие рассказы, как: “Монахи и женщины,” “Мелочи архиерейской жизни,” “Поповская чехарда,” “Невероятный случай” и многие другие по сей день читаются публикой с большой охотой, с повышенным интересом, хотя выявлена в них буйная фантазия автора. Даже Пушкин не мог удержаться от этого соблазна и в ранние годы своей жизни сочинял смешные эпиграммы на духовных лиц, в том числе не пощадил даже митрополита. Большим творчеством в этой области отличались, как ни странно, семинаристы духовных семинарий, так называемые бурсаки.

Были ли в действительности такие типы духовенства, какие выводились в анекдотах или беллетрических рассказах, судить трудно, пусть это останется на совести их сочинителей, но с полной уверенностью можно сказать, что в содержании их буйствовала человеческая фантазия, часто необузданный цинизм и во многих случаях злая воля.

Молодёжь быстро подхватывала всё смешное и плохое про духовенство и соответственно этому вырабатывала к нему своё отношение, а в месте с этим и к Православной вере. Не оставались вне деморализующего влияния дурных рассказов про духовенство также люди старшего возраста. На всех они оставляли свой пагубный отпечаток. Воспользовались этим в России коммунисты и раздули пропаганду против духовенства и религии в самых широких масштабах. Духовенство объявили “врагом народа,” а религию “опиумом,” начав беспощадно уничтожать то и другое. Антирелигиозная пропаганда и борьба с духовенством развратили многих. Это сильно выявляется в эмиграции.

Переходя к нашему времени, нас интересует отношение русского общества к своему духовенству в странах нашего рассеяния. Изучение этого вопроса приводит к мало утешительным выводам. Со скорбью приходится констатировать, что взаимоотношения между духовенством и мирянами складываются как-то странно, в некоторых случаях даже враждебно. Духовенство здесь должного почёта и уважения не имеет. Его разменяли на мелочь. Даже епископы, эти приемники святых Апостолов Христовых, часто терпят поношения от своих пасомых, своих чад духовных. Конечно, причин к этому много. Виноваты духовные лица, что не сумели удержаться на должной пастырской высоте. Виноваты также миряне или пасомые, которые не уважают своих пастырей и критически к ним относятся. Кто бы из них ни был виноват, но от этого страдает дело Божие, уменьшается успех пастырской деятельности и ослабевает религиозное горение. Пользуясь всякими недоразумениями между пастырем и пасомыми, дьявол сеет свои плевелы и губит христианские души.

Если ещё в Императорской России пастырское служение на приходе было нелёгким, то в эмигрантских условиях оно стало великим христианским подвигом. Дома и в храме, в пути и в городе священнослужитель должен быть особенно внимательным к себе: за ним все следят, всё за ним подмечают. Случилось, что лишнее выпил, сказал шутку или позволил себе светское развлечение, напр., зашёл в кино – все его за это осуждают, ставят ему в вину, против него негодуют: “Вот, мол, что делает, а ещё священник!” Его частная жизнь, его пища и навыки не ускользнут от любопытного глаза. Интересуются не с намерением помочь в нуждах, а из любопытства и чтобы осудить его, если найдут что предосудительное. Часто придираются к мелочам, и эти мелочи возводят на степень важных проступков.

Критическо-осудительное отношение мирян к священникам доходит иной раз до поразительной виртуозной придирчивости. И такое безчеловечно-суровое отношение способно создать невозможную обстановку для любого, даже идеально настроенного пастыря. Даже в такой области, где, казалось бы, более всего компетентен священник, напр., богослужение, сколько приходится пастырю переносить нареканий, осуждений, огорчений! Одни ворчат, что долго служит в храме, если батюшка старается соблюдать устав, другие – “ревностные не по разуму” желают соблюдения устава, если Богослужения сокращаются в угоду прихожанам, третьим не нравится та или иная Богослужебная особенность, допускаемая священником, – словом каждый заявляет свои претензии по своему личному усмотрению, признавая себя самого знатоком и единственным авторитетом. И сколько недоразумений, взаимного непонимания, обид и уязвлённого самолюбия происходит на этой почве!

От священника требуют, чуть ли не всех совершенств. Желали бы, чтобы он был голосистым, добродетельным, красноречивым и даже красивым. Но где таких батюшек взять, когда обладающих всеми талантами нет в мире. Эта истина всем известна, но к духовенству предъявляются особые требования. Ожидают от священника подвижнической жизни, но склонные к такой жизни ушли в монастыри, а в священники идут обычно представители того же светского общества, которое праведностью своей в жизни не отличается. Одним словом требований много. Конечно, неприятно иметь плохого священника, но требовать от него всех совершенств безрассудно.

Недоброжелательное отношение мирян к своему духовенству, их чрезмерная придирчивость и материальная необеспеченность удерживают многих хороших кандидатов от принятия священнического сана, чем наносится большой вред Церкви Христовой. Среди русского рассеяния повсеместно катастрофически уменьшается число духовенства, а новой смены нет. Не будет духовенства, прекратится церковно-религиозная жизнь. А кто этого желает? Из православных никто.

Если сравнить пастырское служение нашего духовенства с таковым у католиков или протестантов, то у нас оно гораздо тяжелее и сложнее. Все наши Богослужения: литургия, всенощное бдение, молебны, панихиды, венчание и другие во много раз длиннее католических или протестантских. Всенощного бдения у них нет. Богослужебные чины у них сокращены до минимума. Наши Богослужения величественны, торжественны и длинны. Продолжительность наших православно-русских Богослужений заставляет священника оставаться продолжительное время в храме и более усердно нести свой молитвенный подвиг. И этот подвиг он несёт безропотно, находясь часто в нищете и в поношении от своих!

Католики и протестанты, а также православные греки и арабы поддерживают своё духовенство морально и материально, благодаря чему оно чувствует под ногами твёрдую почву, действует смело и независимо, служит с радостью, а не с воздыханием. Наше же духовенство находится в иных условиях, более тяжёлых и невыгодных для себя. Пастырскую службу ему приходится нести с оглядкой на своих прихожан: авось что-нибудь не понравится им! А угодить всем трудно. Одному не понравилось лицо, другому борода, третьему голос, четвёртому проповедь, пятому неосторожно сказанное слово и т.д., а иной просто что-нибудь придумает, смотришь – какая-то часть прихожан недовольна. Дело плохо! Недовольные своего батюшку не поддержат, а будут его поедом поедать и добиваться удаления с прихода любой ценой. При таких условиях идеально настроенный пастырь может пасть духом.

Заканчивая эту статью, мы приведём слова Митрополита Антония, взятые из его послания к Волынской пастве: “Помните, братие, как страшно покарал Господь Корея, Дафана и Авирона за то, что они восстали против законного священства? По слову Моисея, расселась земля под ними…и поглотила их и всех людей кореевых и всё имущество. И сошли они со всем, что принадлежало им, живые, в преисподнюю, и покрыла их земля, и погибли они из среды общества (Числ. 19:31 и 33). Бойтесь же, братие, противиться власти духовной, не возвышайте голоса своего с грубостью, когда беседуете со священником, когда говорите в Церкви Божией или на церковном погосте. Со страхом и вниманием обдумывайте здесь свои слова, предстоя пред лицом Божиим, как бы на страшном суде Его. Если кажется, что вас обижают, говорите с кротостью или приносите жалобу о. благочинному и затем архиерею. Святой Апостол Иуда, брат Господень, говорит в своём послании, что, как Содом и Гоморра сожжены были Богом, так точно будет с сими мечтателями, которые оскверняют плоть, отвергают начальства и злословят высокие власти (Иуда 1:8).

Вот почему святые отцы постановили в 121 правиле Номоканона: “Яко не достоит просту (т. е. мирянину) укорити священника, или бити, или понашати, или клеветати, или объличати в лице, аще убо и истина суть. Аще же постигнет сие сотворити, да проклянётся мирский, да отмещется от Церкви (отлучится от Церкви), разлучён бо есть от Святые Троицы и послан будет в Иудино место.”

“Видите ли, братие, какая участь ожидает бунтовщиков на пастырей духовных? И всякий, кто подущает тебя на это, есть Иуда, предатель Христов. Берегитесь же их, братие. Они знают, что пока народ будет уважать и слушать священников, до тех пор будет верен своей Церкви и христианским обычаям.”

“Учите же детей своих уважать и любить служителей Христовых. Мы одна семья Божия, одно тело Христово все. Вместе живём, вместе молимся и вместе умираем, и вместе все сподобимся встретиться в жизни грядущей, Царствии сладости, среди пения ангельских ликов, среди славословия пророков и апостолов, и мучеников, и преподобных пред престолом Небесного Владыки. Там жребий смиренных и послушных чад Церкви, там не будет места смутьянам и бунтовщикам. Да не будет им места и среди тебя, христолюбивый православный народ.”


Благодать Священства

“Благодать Божия и в недостойном священнике действует не ради нас,
но ради вас... Не им пренебрегаешь, но священством”.
(Святой Иоанн Златоуст)

“Не будем осуждать ни одного человека, пока не придёт праведный Судия, – особенно же иерея Божия не осуждай за его сокровенные и тайные согрешения. Не тобою он судим будет, но от Бога.” (Преп. Никон Черноризец – 2-а половина 200 столетия).


Болеем ли мы вопросом о судьбе Церкви?

Пусть кто-либо не подумает, что тема о Церкви праздная, не заслуживающая внимания рядового мирянина. Неправильно предоставлять этот вопрос одним только богословам да архиереям. Грешно прикрываться пословицей, что “моя хата с краю и я ничего не знаю.” Эта тема должна живо интересовать всех русских, кто в Бога верует и считает себя православным.

Вопрос о Церкви очень важный, особенно при наличии расколов и юрисдикционных распрей. Ведь учение о Церкви есть основной догмат святого Православия, неотменное правило веры православной. Девятый член Символа веры читается так: “Верую… во единую Святую, Соборную и Апостольскую Церковь.” Этот символ составлен на Первом и Втором Вселенских Соборах и Называется Никео-Цареградским. Он включён в состав нашего Богослужения и торжественно воспевается за каждой Божественной литургией, а также читается на других церковных службах. Символ веры – душа Православной Церкви, основание её веры. Шестой Вселенский Собор предаёт анафеме каждого, кто изменит его. Поэтому Православная Церковь уже более 1500 лет тщательно оберегает его, как зеницу ока, как величайшую святыню, не допуская ни малейшего изменения или повреждения. Многие наилучшие сыны Церкви тяжело боролись за этот Символ веры и отдавали жизнь свою за него. Они знали, что без Никео-Цареградского Символа веры нет Православия, малейшее нарушение его есть ересь.

Наше общество интересуется ещё более или менее вопросами веры в Бога вообще, хранит веру во Христа Спасителя, соблюдает установления, таинства и обряды церковные, но к вопросу о Церкви равнодушно. Сильнее это заметно среди образованных классов, включая иногда и духовенство, даже некоторых архиереев. Среди них вопрос Церкви, т. е. о важности этого догмата, о спасительности его для каждого из нас, в особенности теперь, когда угроза нависла над нами со всех сторон, никем не принимается близко к сердцу.

Когда в Русском зарубежье пошли церковные расколы и образовались так называемые юрисдикции, то все стали изощряться в пустословной защите той или иной юрисдикции, но серьёзной трактовки вопроса о Церкви не было. Живо заспорили об юрисдикциях не только архиереи, которые непосредственно в них были заинтересованы, но даже и миряне с титулами и без оных. Не умели даже правильно перекреститься, но с жаром и ожесточением заговорили о церковных расколах, доказывая какой архиерей прав, а какой виноват. Этот спор в сущности подливал масло в таинственную машину, которая дробила на части единство Русской Зарубежной Церкви, ослабляя её силу и жизнедеятельность. Вместо того, чтобы использовать все творческие силы для блага Церкви, для углубления знания о ней, для развития церковной благотворительности среди эмигрантской бедноты, способные люди теряли время и энергию на пустые юрисдикционные споры. Последствия этого спора получались плохие: многие уходили из Церкви, друзья рассорились, семьи раскололись. Выиграли на этом враги Православия, пожиная плоды посеянных ими семян церковной смуты.

Посмотрите, что сделали с Русской Церковью за последние 40 лет! – Разорвали её на мелкие части. Это раздирание началось ещё на Родине, а успешно закончилось в эмиграции. В начале создали раскол украинские сепаратисты по политическим мотивам, а вслед за ними пошли сами русские, образовав обновленчество, живоцерковничество и всякие юрисдикции. В эмиграции процесс разложения пошёл дальше. Украинцы перессорились между собой и разделились на партии, а каждая партия объявила свою церковную автокефалию. Ныне таких автокефалий у них существует уже шесть, а именно: УАПЦ митрополита Илариона Огнейко, УАПЦ архиепископа Григория Огийчука, УАПЦ митрополита Никанора Абрамовича, УАПЦ митрополита Ивана Теодоровича, УАПЦ архиепископа Игоря Губы и УАПЦ архиепископа Богдана Шпильки (карпаторосса). Первые пять автокефалий состоят преимущественно из сынов Русской Православной Церкви по рождению и воспитанию.

Плохие примеры всегда заразительны. Украинские самочинные автокефалии пришлись по вкусу белорусским националистам, которые объявили свою автокефалию при помощи украинских архиереев и католиков, поставив во главе украинского архиепископа Сергея Охотенко. Другая часть белорусов ушла под омофор Константинопольского Патриарха, надеясь получить от него автокефалию для Белорусской Православной Церкви. Независимо от украинских и белорусских сепаратистов русские национальные круги в эмиграции не устояли в своём церковном единстве и раскололись на четыре юрисдикции, известные под названием: Русская Зарубежная Церковь, Северо-Американская Митрополия, Западно-Европейский Экзархат Вселенского Патриарха и Московская Патриархия. Между этими юрисдикциями нет ни молитвенного общения, ни дружественных отношений: одна другую исключает, одна другую не признаёт.

Что же получается от всех этих расколов, юрисдикций, автокефалий и прочих церковных образований? Результаты очень печальные для Православия. Возьмём пример. После коммунистического переворота в России эмигрировало заграницу более 135000 белых русских воинов и гражданских лиц. Принимая во внимание натуральный прирост, за 40 лет существования эмиграции, число это должно было утроиться, т. е. увеличиться до 405000 человек. Смертность здесь учтена. Однако действительное положение этого вопроса показывает не увеличение, а катастрофическое уменьшение указанных цифр. Если бы не прилив полумиллионной массы новой российской эмиграции во вторую Мировую войну, то от старой эмиграции осталось бы совершенно ничтожное число: старики умерли, а молодые денационализировались, став французами, англичанами, итальянцами и прочими, в зависимости от того, к какой стране они приросли корнями. Россия и русский народ стали для них уже чужими названиями. Вместе с русскостью они потеряли и веру своих родителей, своих предков – веру православную, сделавшись в религиозном отношении просто никто: оторвались от земли, а неба не достали.

Нет правила без исключений. Честь и слава тем молодым русским людям, которые остались русскими и православными, несмотря на их не русское воспитание и образование. И мы думаем, что таких есть много, но в данном случае у нас идёт речь о большинстве, уже потерянном для русскости и Православия. По-видимому, такая же доля ждёт и новую или вторую эмиграцию в её грядущем поколении. Зловещие признаки этого уже есть во всех странах русского рассеяния. Печально то, что процессы денационализации и отхода от Православия происходят при попустительстве родителей и при равнодушии духовенства и разных общественных организаций эмигрантов, которые много бесплодного говорят о политике, а о молодом своём поколении с национальной точки зрения не заботятся, делая вид, что это их не касается. Не проявляют интереса и к судьбе родной Церкви заграницей, к которой принадлежат искренним исповеданием Православия или только формальным к ней отношением. Много жертвуют денег и даже некоторые труда на построение своих храмов на чужбине, но не болеют вопросом, кто будет молиться в них, когда молодое поколение растёт вне Церкви. Созидая вещественные храмы нужно заботиться также и о невещественных храмах, – о душах детей, о воспитании их в любви и преданности родной Православной Церкви. Если дети, став взрослыми, сохранят Православие, то останутся и русскими. Хорошие примеры родителей и взрослых благотворно влияют на детей. Но нужно эти примеры дать. Об этом мало заботятся. У нерелигиозных родителей вырастают нерелигиозные дети. В редких случаях бывает наоборот. Трудно требовать от детей ежедневной молитвы или знания наизусть молитв, когда родители их сами не знают и никогда дома Богу не молятся, а если некоторые идут в церковь, то без своих детей.

Перед каждым из нас должен стоять всегда вопрос о Церкви, особенно при наличии церковных разделений и юрисдикций. Было бы большим заблуждением утешать себя тем, что довольно, мол, веровать во Христа Спасителя, ходить в церковь, причащаться, а не всё ли равно в какой? Вера везде одна, службы одни, учение в общем одно: зачем эти деления? Если же они появились, то это дело архиереев, митрополитов и священников, а нас, мирян, это не касается. Но так рассуждать может только церковно-безграмотный человек, который не знает учения Церкви и знать его не может. Во всяком случае такое его рассуждение ошибочно и неумно. Церковное разделение есть раскол и повреждённое Православие, а мы должны исповедовать чистое Православие и принадлежать к единой Святой, Соборной и Апостольской Церкви, как сказано в Символе Православной веры. Русская Православная Зарубежная Церковь есть часть этой Церкви. Церковные разделения заграницей существуют по вине и при активной поддержке усердных не по разуму мирян, которые считая себя православными, не уважают и не признают священных канонов, без коих нет Православия и Церкви. Личная симпатия к своему батюшке ставится выше священных канонов Церкви. Есть и такие, которым разделения и разные юрисдикции в церковной жизни просто нравятся, и они их сознательно поддерживают.

С православно-религиозной точки зрения раскол в Церкви есть величайший грех. Святой священномученик Киприан Карфагенский, святой Иоанн Златоуст и святой Оптат Мелевитский говорят, что, “раскольник аще будет замучен за Христа и прольёт свою кровь, то и кровь его не омоет сего греха.” Но от мирян трудно требовать большой ответственности за церковные разделения, если сами духовные лица несерьёзно относятся к этому вопросу. Например, одного парижского протоиерея спросили в шутливой форме: “Ну вот Вас сначала запретила Московская Патриархия, потом митрополит Антоний, теперь Вы подчинились грекам. А что, если запретит Вас и Константинопольский Патриарх?” – Протоиерей, не задумываясь, шутливо ответил: “Э.. ! Одним запрещением больше, одним меньше: не всё ли равно?” А в интимной беседе с другим епископом, протоиерей сказал: “Конечно, мы сознаём, что канонически не правы. Но что же делать, если паства наша не в состоянии идти за нами? Нужно приспосабливаться к ней.” Этот протоиерей хотя бы сознавал свою неправоту, а ведь другие и этого не делали, но на оборот, старались оправдать канонические расколы в Церкви. В этом и лежит трагизм положения. Следует признать, что основная причина церковных расколов и беззаконий в церковной жизни была и есть нецерковность большой части духовенства и интеллигентных мирян. Вместо церковности, т. е. подчинения Церкви и ее канонам, руководителями обладало сильное желание управлять ею, каждый подчинялся собственному уму, обычному мирскому рационализму, а этот путь всегда был источником ересей и расколов. Вот этот недостаток современного общества: отсутствие интереса к Церкви, не в смысле посещения Богослужений, а в смысле не желания изучить её сущность, её канонический и догматический устрой.

Нецерковность приучает смотреть на Церковь, как на обычное мирское общество, которое можно организовать по своему усмотрению, приспосабливаясь к местным условиям и данной обстановке. Такие взгляды приносят большой вред Церкви. В частном разговоре каждый русский назовёт себя непременно православным. И такое заявление весьма похвально, ибо оно свидетельствует о принадлежности его к Православной Русской Церкви. Таковыми считают себя также и все русские других юрисдикций. По учению Слова Божия, единство веры и Церкви должно объединять всех в союзе мира и любви. Святой Апостол Павел говорит о взаимоотношениях членов единой Церкви следующее: “Ибо как тело одно, но имеет многие члены, и все члены одного тела, составляют одно тело, так и Христос.” Замечательно здесь то, что Апостол прямо называет Церковь Христом, т. е. Он Сам живёт в ней; она есть Его вместилище, или тело. Какая же должна была бы быть любовь, единство, близость между членами единого тела Христова!

“Посему, страдает ли один член, страдают с ним все члены; славится ли один член, с ним радуются все члены. И вы – тело Христово, а порознь – члены” (1 Кор. 12: 12-27).

Боже, Боже, как мы все далеки от этого! Вместо заповеданного Апостолом единства во Христе, свирепствует вражда, ссора, разлад. Мы все хотим больше и больше обособляться, отделяться, раскалываться, враждовать до ненависти. И увы, “не болеем,” “не страдаем” этим, а даже хвалимся своею “самостоятельностью.” Хвалимся болезнью разложения.

Попробуйте достигнуть единения на церковной почве среди наших соотечественников в Эмиграции! Это окажется несбыточная мечта, неосуществимая идея. А причина сему – нецерковность общества, никто не болеет вопросом о Церкви родной. Православная Зарубежная Церковь переживает два серьёзных кризиса: один – юрисдикционный раскол, а второй – нехватка хорошего духовенства. Первый кризис породил второй. Когда создавали юрисдикционные расколы, то пошла гонка за духовенством. Образовались параллельные церковные общины разной юрисдикции в одном городе без всякой надобности. В связи с этим увеличилась потребность в священниках, потому что там, где был один, стало их два или три. Епископы разных юрисдикций рукополагали побольше священников, чтобы увеличить этим число своих приходов. С богословским образованием и пастырской подготовкой кандидатов не было. Поэтому посвящали кого попало. Священники, нарушившие церковную дисциплину и ведущие себя зазорно, убегали от наказания к епископу другой юрисдикции, который давал за это награду. Создавался хаос в церковной жизни, появилась анархия. Не отставали от этого и миряне, которые своей поддержкой провинившихся батюшек углубляли церковные расколы и увеличивали вражду.

В пылу юрисдикционных и других споров забыли Христа и Его Церковь, которая есть единая Святая, Соборная и Апостольская. Юрисдикционные распри остаются без перемен, но кризис с духовенством углубляется. Во всём русском зарубежье увеличивается нужда в духовенстве. Хороших кандидатов нет, и епископы в тревоге за судьбу приходов. Для подготовки кандидатов в священнический сан нужны духовные семинарии или пастырские курсы, но без денег это немыслимо осуществить. Церковные кассы бедны, а прихожане в этом деле не помогут. У одних нет сознания для этого, у других нет желания помочь. Но образованных и подготовленных батюшек все требуют. Да и Церковь нуждается в хороших, стойких и идейных пастырях. Плохие священники дело Божие разрушают, а хорошие создают.

Наша Аргентинская епархия не испытывает ещё крайней нужды в духовенстве. Благодарение Богу за это. Но у нас есть несколько протоиереев уже преклонного возраста. Для нашей Церкви будет большой трагедией, когда эти почтеннейшие старцы свалятся с ног и не смогут продолжать своего пастырского служения. Кем мы их тогда заменим? Смены у нас никакой нет. Новых кандидатов в священники не находится. Православные в некоторых парагвайских колониях уже не имеют священников и остаются без духовной опеки. Эта опасность угрожает нам в Аргентине. Прихожане бывают иногда слишком требовательны по отношению к своим батюшкам, но материально их не обеспечивают. Самое ничтожное вознаграждение получает наш священник. Он полуголодный и ничего не имеет. Простой рабочий получает в день 200 пезо (~ 4000 в месяц), а наш священник имеет в месяц около 800. Материальная необеспеченность удерживает подходящих кандидатов от принятия священнического сана. Просто идейно служить Церкви, Богу и людям они не решаются. Наше церковное положение грозное и его скрывать не следует. Мы говорим обо всём этом, чтобы вызвать интерес к Церкви и её судьбе в эмиграции. Мы хотим показать, как важно заболеть вопросом о Церкви. Нужно понять, что Церковь имеет свои очень важные проблемы, о которых не думают наши прихожане, посещающие храмы, но и умеющие слишком много грешить языком в осуждение своих духовных пастырей. Будущее нашей Православной Зарубежной Церкви зависит от ревности духовенства и благочестивых мирян, иначе оскудеет вера Православная.


Сугубое торжество

Прихожане и богомольцы кафедрального храма в Буэнос-Айресе были участниками сугубого торжества, присутствуя на богослужении в новом Кафедральном соборе в праздник Пятидесятницы: с одной стороны большой праздник Пресвятой Троицы или Сошествия Святого Духа на Апостолов, а с другой стороны – Богослужение в новом Кафедральном соборе. Эти два церковных события наполнили неземною радостью верующие сердца русских людей, сошедшихся в этот день на молитву в соборе.

“Радостно было сознавать,– пишет Е. Гондобина в “Русском слове,” – что первая Божественная литургия в нашем собственном новом кафедральном соборе совпадает именно с этим Праздником, что от ныне все Богослужения будут совершаться в этом храме и что никто теперь не сможет воспрепятствовать этому. Как и следовало ожидать наш собор был переполнен молящимися. На всех лицах светились радостные улыбки. Все поздравляли друг друга – “с новосельем.” Те же чувства угадывали мы и у клира, что выявлялось в большом молитвенном подъёме и высокой торжественности Богослужения. Особенно проникновенно звучали молитвы, слившие в одном благоговейном порыве духовенство и мирян.”

“Среди молящихся удивительный шепот, – пишет В. Шапкин в той же газете, – Как красиво! Как много воздуха и света!” Действительно, высота собора при простоте архитектуры даёт впечатление почти огромности его, а особенно если принять во внимание привычку нашей эмиграции к подвалу, где временно размещался Кафедральный храм, либо к маленьким приходским церковкам. Одновременно – общее изумление: “…как могли так быстро построить такой собор?” Всякий по собственному опыту знает, что постройка маленького домика для своей семьи тянется около года. А собор был заложен 13 октября 1957 года и теперь мы уже в нём молимся. Да ещё нужно принять во внимание, что строить его начали совсем без денег, единственно с надеждой на помощь Божию, да на жертвенность русской православной эмиграции в Аргентине.

Вспоминается почти вопль старосты храма С. Д. Гегелашвили при встрече вновь прибывшего владыки епископа Афанасия, назначенного на аргентинскую кафедру после смерти архиепископа Иоасафа: “Владыко! Выведи нас из подвала этого!” И было от чего прийти в отчаяние. При ясном сознании необходимости строить собственный собор, царствовал крайний пессимизм, особенно после неудачной попытки что-то сделать в 1952 году. Владыка Афанасий не обманул возлагавшихся на него надежд, и вопль вывести кафедральный храм из наёмного подвала нашёл в нём отклик. Все местные пифии предрекали ему провал в этом, казалось, безнадёжном предприятии. Опять вспоминается, как некий, ну, скажем, сеньор жестоко раскритиковал владыку Афанасия на собрании, созванном для обсуждения вопроса о постройке собора, за проект, лишённый по его словам, самой элементарной серьёзности. Но… “Разум разумных отвергну,” – сказал Господь устами пророка, и злопыхающие мудрецы остались посрамлёнными.” Со дня сошествия Святого Духа на Апостолов Христовых благодать Божия постоянно пребывает в Церкви Православной. Через молитвы верующих Господь Бог посылает дары Духа Святого на них. Мы веруем, что одним из даров Божиих для православных русских в Буэнос-Айресе есть сооружение в кратчайший срок собственного Кафедрального собора.”


Духовный кризис эмиграции, 1962 г.

Всякая эмиграция, оторванная на долгое время от родины, переживала глубокий духовный кризис, в результате которого она теряла своё национальное лицо и ассимилировалась с той средой, в которой жила. Процесс ассимиляции приводил её к полной или частичной денационализации. Так было некогда с эмиграцией французской, польской, а ныне происходит с российской. За рубежом такое явление вполне закономерно и естественно. Любой организм растительный или животный, вырванный из родной стихии и перенесённый в чужую среду, по биологическим законам неминуемо приспосабливается к климату и условиям жизни, и в конечном итоге перерождается, утрачивая свои прирождённые специфические качества и приобретая новые свойства и склонности. В отношении людей этот процесс зависит от духовных качеств человека. Евреи напр., тысячелетиями сохраняют свою веру и национальность, а наши русские соотечественники в Австралии с первой эмиграции во втором уже поколении потеряли и одно и другое. Русские Ивановы стали Джонсонами, Пожарские – Паркерами при принятии ими австралийского гражданства. И этот произошло добровольно и сознательно, без всякого давления со стороны правительства. Дети Ивановых-Джонсонов стали уже вполне австралийцами, хотя коренные австралийцы не считали их своими. И кто может доискаться русского происхождения у таких Джонсонов и Паркеров, отказавшихся от своего первородства?

Такой же процесс денационализации с детьми эмиграции происходит во Франции, Германии, Англии, в Северной и Южной Америках. Почтенный протоиерей пишет из США следующее: “Молодёжь массами уходит из ограды церковной и отрясает прах родных традиций от ног своих.”

На Пастырской конференции в св. Троицком монастыре в 1961 году, когда обсуждался вопрос о детях, об их обучении и их воцерковлении, о. Н. Степанов требовал не расходиться, пока не будет сделано всё возможное для спасения детей от денационализации. Он с пафосом обличения повторял слова пророка Осии: “Господу они изменили, потому что родили чужих детей.”

Немного лучше обстоит дело у нас в Буэнос-Айресе. Вырастающие здесь дети плохо говорят по-русски. В существующих здесь русских субботних школах малому научаются, да и учиться не хотят. Родители к этому не понуждают и их школьных успехов не контролируют. Малышами ещё кое чему по-русски научаются, но подрастая всё забывают. Церковные молитвы полностью немногие знают, потому что не молятся дома. Многие не посещают храмов, не понимают и не знают православного Богослужения. В результате у нас скоро не будет церковных регентов, певчих, чтецов и священников из подрастающего поколения. Это трагедия Русской Зарубежной Церкви, трагедия вообще русской эмиграции.

Большое число русской молодёжи собирается для духовных бесед под руководством Архиепископа. Но далеко не вся русская молодежь. Значительный процент их ищет для себя развлечений на стороне, в аргентинской среде. А эта среда её денационализирует. Вопросом воспитания в православном и русском духе подрастающего поколения заботится больше всего наше духовенство: епископы и священники. Русские общественные организации об этом молчат. О молодёжи они не заботятся и ничего ей не дают положительного, воспитывающего. Зато устройством балов в запрещённое Церковью время развращают молодёжь, учат её своим примером не соблюдать законов Божиих и церковных. На предложение Епархиального Архиерея высказаться на общих приходских собраниях против устройства балов в постное время и под праздники только в двух приходах – и то лишь ничего незначащей формулой огорчения. Обмирщение большинства нашего общества захватило весьма широко и об воцерковлении его при таком настроении не приходится говорить.

Всё это свидетельствует, о духовном кризисе, которое переживает старшее поколение, что сильно отражается на молодежи. Религиозного подъёма не видно. Пока сохраняется лишь религиозная традиция, привычка, обычай, да и то не у всех. Архиепископ Аверкий в своём слове о покаянии указал на усиливающуюся беспечность в отношении религиозной жизни среди русского общества.

Он говорит: “А сколько теперь людей, которые желают исправить свою жизнь при помощи благодати Божией. Они столько перенесли всяких бедствий, так тяжело перестрадали, потеряв всё, что раньше имели, своих родных и близких, и даже лишившись своего Отечества и очутившись в чужих странах в изгнании.”

“Казалось бы, им-то каяться по-настоящему. Но нет! Когда добросовестно исполняющие свой пастырский долг священники, искренно ревнующие о спасении их душ, горячо призывают их к образумлению и исправлению жизни, они зачастую не только не слушают их, а иногда даже ещё больше озлобляются сердцем, в неразумном ослеплении своём ещё углубляя ров своего греховного падения, и других увлекая за собой.”

“Можно ли удивляться после этого, что впустую, звучат все их речи о борьбе с безбожными коммунистами, (от которых они, по своей почти богоборческой и антицерковной настроенности мало чем отличаются) и о спасении нашей Родины-России, и мы вот уже более 40 лет страждем на чужбине, без всякой реальной надежды когда-либо увидеть торжество правды Божией на ней”…

“Нам, православным русским людям, в переживаемое нами тяжкое время, требующее от нас исповедничества, преступно и греховно становиться предателями высокой, единственно облагораживающей нас идеи Святой Руси, в угоду карьере и корыстолюбивым целям и стремлениям отрекаться от своего православного и национального русского звания и имени, и подлаживаться к иностранцам и иноверцам, теряя своё лицо и сливаясь с окружающей средой, как это делают животные, называемые хамелеонами.”


Из доклада Архиепископа Афанасия на Епархиальном собрании, 1967 г.

Наша церковно-приходская и епархиальная жизнь строится на твёрдых принципах каноничности и церковного порядка. Нарушение этих принципов или отступление от них приводит к измене Православию, к ереси, к церковной анархии и сектантству. Если церковная и личная жизнь каждого, проводимая в строгой каноничности и церковной законности, имеет конечной наградой вечное спасение души в Царстве Небесном, то отступление от каноничности и церковной законности приводит душу к вечной гибели в аду. Извечным врагом нашего спасения является дьявол, который, по учению святого апостола Петра, ходит, как лев, ища кого поглотить (1 Петр. 5:8). Главной задачей дьявола является не только противление Богу, но и приведение к гибели человеческих душ, к лишению их Царства Небесного, предназначенного для людей Божиих. Свою власть и силу дьявол осуществляет на земле через людей грешных и недостойных, которые по тяжким грехам своим лишились благодатных даров Духа Святого, укрепляющего и спасающего верных чад Церкви Христовой.

Святой апостол Иоанн Богослов в своём послании пишет, что кто делает грех, тот от дьявола, потому что сначала дьявол согрешил (1 Иоан. 3:8). Отсюда должно быть понятно, что дьявол вводит людей в грех и этим достигает своей цели. Приведя человека в греховное состояние и через грех лишая его укрепляющей и спасающей благодати Божией, дьявол делает его своим орудием, послушным рабом, в исполнении злой дьявольской воли. Через такого человека или через таких людей сеет вражду в христианском обществе, в христианской семье, во взаимных отношениях людей, действуя на волю отдельных лиц. Если вражда и ссоры умножились ныне в нашем обществе, то это свидетельствует о том, что люди стали много и тяжело грешить, вследствие чего ослабели вера и благочестие в народе, приходе, семье и отдельном человеке. Без веры и благочестия, оставшись с одними грехами, каждый грешник становится послушным слугой дьявола, выполняя его злую волю как своё личное желание. Отсюда происходят обиды, огорчения, озлобления, вражда, ненависть и всякое зло.

Святой апостол Иоанн Богослов поучает нас, что есть дети Божии и дети дьявола (1 Иоан. 3:10). Кто перестал быть в жизни благочестивым, тот лишился благодати Божией и перестал быть чадом Божиим. Такой человек, если не оплакивает своих грехов и не ищет у Бога прощения их, а пребывает в них и дальше грешит, такой грешник становится сыном дьявола. Так мы понимаем слова святого Апостола.

Без благодати Божией человек не может спастись своими собственными силами. Спасающая благодать даётся верующим в Церкви Христовой и через таинства Церкви. Пребывающий в Церкви Православной Христовой и живущий по закону Божию спасается от действия дьявола благодатью Божией. Но в истинной Церкви Христовой, по установлению её Божественного Основателя Иисуса Христа, трудятся над спасением человеческих душ Епископы, как благодатные приемники святых Апостолов, и священники, как помощники Епископов и соработники в деле спасения людей. Им Господь вверил спасать людей и руководить ими по пути в Царство Небесное. Эти Епископы и их помощники – пресвитеры являются вдохновителями на всякое спасительное дело и устроителями, как всей Церкви, так и малых церквей – приходов. С них-то Господь спросит ответа за судьбы Церкви, за судьбы приходов, за судьбы отдельных лиц – своих прихожан. Ответственность Епископов и Пресвитеров перед Богом очень велика – её можно себе только представить. Не только за самих себя, за своё поведение и за свою жизнь они отвечают перед Богом, но и за поведение вверенных им чад Божьих. Горе им, если они своим поведением или своей зазорной жизнью соблазнили кого-то из этих людей, которых на церковном языке мы называем “малых сих” – ответственность перед Богом ещё более увеличивается. Под бдительным руководством Архипастырей и пастырей верующие объединяются в молитве, в Богослужении, в жизни и в работе духовной над спасением своих душ.

Это объединение верующих мы называем приходом или церковной общиной. Члены прихода, проводя жизнь свою сообразно с требованиями Церкви и в послушании церковным законам, восходят к Богу, получают дары Духа Святого в таинствах, в молитвах, в священнодействиях через посредство священнослужителей благодатных, канонически поставленных, имеющих апостольскую преемственность. Под духовным водительством таких пастырей легко достигается цель нашей земной жизни – вечная жизнь в раю. Таков идеал христианской жизни в Церкви Православной. И этот идеал соблюдался на Руси искони, поэтому русский народ считался самым благочестивым народом в мире. Но там, где есть благочестие, где процветает христианская жизнь, там усиленно работает дьявол. Дьявольская работа в России среди русского народа увенчалась успехом: слуги дьявола разрушили Церковь, но не до конца; убили епископов, священников, монахов и миллионы верующих людей. Однако в этой разрушительной работе дьявол обманулся: убиенные и умученные за Христа наполнили Небесные чертоги и пребывают с Богом, избегши вечных мучений в преисподней. Дьяволу удалось исковеркать душу благочестивых русских людей, но не удалось убить веру в Бога. Мы не говорим о множестве безбожников, продавших свою душу дьяволу и приготовивших себе вечные мучения. Мы говорим о верующем народе, который исчисляется миллионами, сохраняющем веру православную в чистоте и живущем в благочестии и подвигах веры. Этот народ спасает свою душу от козней дьявола и устоит в правде Божией до конца.

О том, как протекает религиозная жизнь на нашей родине, более или менее мы знаем. Но нашей задачей сегодня является не об этом говорить, а о нашей церковной жизни в эмиграции. На эту тему найдётся мало утешительного материала. Дьявол работает среди наших соотечественников с большим успехом. В дьявольской работе первыми и главными жертвами сделались Епископы нашей Русской Церкви Заграницей. На них, на святителей Церкви Христовой, направлено всё оружие дьявола. Не остаются в покое и священники, особенно более деятельные на ниве Христовой. Дьявол ведёт свою злую работу через своих слуг из людей нашей среды, из нашего общества, пусть даже на вид религиозных, но в делах своих и поведении далеких от религиозности. Дьявол находит себе слуг среди ложно религиозных людей или среди лицемеров, которых вводит в духовную прелесть или духовную гордость. Лицемерие и духовная прелесть противны Господу. Лицемеры и прелестники суть слуги дьявола по своему настроению и душевному состоянию. В последние годы, чего раньше не было, ведётся усиленная атака на наших Епископов Зарубежной Церкви. Атака ведётся русскими же, которые выступают против Архиереев под предлогом защиты правды, но не известно какой. На Соборе Епископов в прошлом году обсуждался вопрос относительно враждебной агитации против нашего Епископа и сделаны соответствующие постановления. Но какое значение или какую силу имеют эти постановления для людей, предавшихся дьяволу и исполняющих волю его. Для этих людей удерживающим началом может быть полицейская власть, но в распоряжении наших Епископов такой власти нет. Поэтому враги ведут свою разрушительную работу совершенно безнаказанно всеми доступными им средствами: клеветой, ложью и прочее. По поводу ведущейся кампании против Епископата Зарубежной Церкви Митрополит Филарет говорил в своём слове на общественном собрании в Нью-Йорке следующее:

“Уже порядочно времени тому назад появился и широко распространился документ, под которым никто из его авторов не подписал своего имени, но который по своему существу является обвинительным актом против всего Епископата нашей Церкви… Но увы, на упомянутом документе дело не кончилось – и вот теперь, во время работы Собора, всеми нами была получена новая брошюра, о которой можно сказать старинную русскую поговорку: “Бумага всё терпит.” Приходится терпеть и эту брошюру. Лично я, – говорит Митрополит, – во всей истории Зарубежной Церкви за 50 лет её существования ещё не видел документа или книги такой наглости, такой распоясанности, такого печатного безобразия, каким отличается эта брошюра. По существу эта брошюра есть плевок в лицо почти всем Епископам. И я должен прямо сказать, что если бы вдруг оказалось, что так мыслящие и говорящие составили бы большинство нашей паствы, то они, вероятно, услышали бы от своих Архипастырей: “..мы уходим от вас – и отрясаем прах от ног наших, как повелел Господь.” Мы знаем, что мы грешные люди, и не оправдываем своих греховных падений, но не забывайте, что грехи наши при нас, а благодать наша с вами. Если мы от вас уйдём, то с нами уйдёт и благодать, и останетесь вы пустыми и безблагодатными, и никто вам не поможет. Куда бы не бросились вы, в какие бы “юрисдикции” не переходили, но после такого страшного дела, вы погибнете духовно, если не опомнитесь, не покаетесь и не вернётесь с покаянием к своим Архипастырям. Не помогут вам никакие “юрисдикции,” потому что перед Божьей Правдой, перед Христом Спасителем вы окажетесь отступниками, ибо он Сам сказал: “Отвергающийся вас – Меня отвергается, а отвергающий Меня, отвергает Пославшего Меня.” Конечно, – говорит Митрополит, – это сказано мною условно, если бы такие оказались в большинстве. Но кричат и бранятся, собственно говоря, немногие, желающие своё малое число покрыть большим шумом. Знаем мы и то, что среди них есть вообще и честные, порядочные люди, которые, к сожалению, не видят того, что они оказались на поводу у той силы, которая ищет только разрушения.

Нельзя забывать того, что наша Зарубежная Церковь – единственная, которая свободно говорит о правде и эту правду возглашает пред всем миром. Поэтому совершенно несомненно, что все адские силы устремились сейчас на нашу страждущую распятую Зарубежную Церковь. Врата ада не одолеют Церкви – мы знаем это обетование Её Божественного Основателя, но нападают они на неё злобно, коварно и непрестанно. Но я хотел бы, – говорит Митрополит, – в заключение своего слова, обращаясь от себя и от лица всех Архипастырей к нашей пастве сказать ей: “Поддержите нас! Мы ждём отклика и поддержки от вас… Мы, ваши обруганные и оболганные Архипастыри, надеемся, что наша паства нас защитит.”

Призыв Митрополита я ныне повторяю, потому что он не потерял своей актуальности. Несомненно, что эта враждебная работа против нашего Епископата ведётся агентами врагов Зарубежной Церкви. По сути работа их антирелигиозная, похожая на антирелигиозную работу в Советском Союзе. Там при помощи клеветы и лжи уничтожали Епископов, священников и мирян, устраивали показные судебные процессы, на которых обвиняли подсудимых духовных лиц в преступлениях, ими не совершённых. Здесь в эмиграции, в последние годы, советские агенты не могут посадить нас в тюрьму, чтобы потом уничтожить нас, но вместо этого преследуют нас клеветой. Распространением против нас лжи и неправды, устраивают провокации, извращают факты и события, искажают слова с целью подорвать наш духовный авторитет и посеять смуту в ограде церковной. Против Церкви и против веры в Бога не могут выступать здесь с успехом, поэтому свою работу направили против Епископата.

Всем известно, как ожесточённо и недостойно велась кампания против ныне почившего Архиепископа Иоанна, аскета и молитвенника, которого православные шанхайцы окружали большим почётом и уважением. Устно и в газетах его травили, посадили на скамью подсудимых с целью дьявольски больно досадить ему и со злорадством поиздеваться над ним. Он всё смиренно и терпеливо переносил, но сердце его не выдержало всего глумления над ним, и он скоропостижно скончался.

Ведётся пропаганда против Архиепископа Канадского Виталия. Некий анонимный автор в Торонто, нам хорошо известный, издал брошюру под таким названием: изобразив на обложке восьмиконечный крест, внизу под ним подписал “Сим победишь антихристов” и “Долой зло.” Всё содержание этой брошюры направлено против Епископата Зарубежной Церкви, в том числе и против Архиепископа Виталия, которого называет “матёрый волк,” а Митрополита Филарета назвал вождём епископов-модернистов, нарушителей канонов.

Против Архиепископа Никона ведёт злобную агитацию некто г. Лавров в издаваемом им журнале “Российское единство.” В Австралии ещё недавно велась агитация против Архиепископа Саввы, которая прекратилась благодаря энергичному выступлению в его защиту некоторых общественных российских организаций. В Нью-Йорке недавно издал брошюру некто Сокольский, который в форме открытого письма на имя нашего Митрополита и всего Епископата Зарубежной Церкви подвергает беспощадной критике наши церковные дела, нашего Митрополита и епископов. Не пощадил он и почившего Митрополита Анастасия. Раскритиковав их всех, он пишет в этой брошюре: “Уйдите сами добровольно для пользы и успокоения Церкви в один из наших монастырей… Не отягчайте гнева Божия на себя, соблазняя малых сих на необдуманные действия, вредящие Церкви, своим нежеланием добровольно уйти.”

Всем известно, что против меня ведётся грубая кампания в Буэнос-Айресе известными лицами, которые издают свои газеты и журналы на чужие деньги, обливая ушатами помоев меня, как Архипастыря Аргентинской Епархии. Я всё это терпеливо переношу, с большой скорбью о погибели их души, которую каждый из них предал дьяволу. Моей архипастырской задачей является продолжать дело Господа спасению православных христианских душ. И свою задачу я выполняю словом в проповедях, в своём журнале, в беседах и добрым примером своей жизни. Скорблю, когда вижу, что не все слушают мое слово. Я хотел бы видеть свою паству, слушающую голоса своего пастыря и не допускающую в свою среду бодливых козлищ.


Беседа Архиепископа Афанасия, 1969 г.

Ежегодно, с самого начала моего служения нашей Церкви в Аргентине, уже в четырнадцатый раз собирается на свои заседания Епархиальное собрание Аргентинской епархии, созываемое мною и состоящее из духовенства и представителей от прихожан приходов нашей епархии. Значение созыва этих Епархиальных собраний и их постановлений нельзя уменьшить и тем более недооценить. Благодаря этим собраниям, все приходы нашей епархии теснее сплотились, объединились вокруг своего епархиального центра и почувствовали, что они творят собою единое целое, избранное Христово общество, которого Христос является главою. Это священное общество на церковном языке называется малой Церковью, которая, по учению Святого Апостола Павла, есть Тело Христово. Эту Благодатную Церковь Христос-Спаситель вверил руководству, сначала апостолам, а через них их преемникам – Епископам, а от них, т. е. от Епископов, эти последние, т. е. пасомые или общество верующих православных христиан, поручаются руководству настоятелям церковных приходов – священникам или протоиереям. Таким образом, священники, как пастыри православных христианских душ, являются помощниками епископов в деле спасения человеческих душ. Епископы их назначают и поручают им пасти стадо Христово в малой общине или приходе, к которой они приставлены. Под благодатным руководством пастырей и под главенством Епископа верующие объединяются в молитве, в Богослужении, в жизни, составляя приходы церковные для взаимодействия и взаимопомощи в восхождении к Богу в свете Его евангельских заповедей и по указанию церковных правил.

По образу жизни тела человеческого, благодатная жизнь Христова, разливающаяся во всём Теле Церкви Его, одинаково проявляется и в жизни прихода, где по сему всякий христианин должен принимать живое участие в устроении наилучшего приходского дела и тем достигать и своего личного спасения. В живом участии в строительстве церковно-приходской жизни и в соблюдении заповедей Христа и церковных правил в личной жизни каждый прихожанин получает своё место в Церкви Христовой и обильно освящается Божественной благодатью Духа Святого, обитающего в Церкви Христовой. Но пастыри и пасомые, чтобы быть им под освящающей благодатью Духа Святого, обитающего в Церкви Христовой, должны помнить и никогда не забывать слова святого Киприана, епископа Карфагенского: “Епископ в Церкви и Церковь в Епископе, и если кто не с Епископом, тот вне Церкви.” При свете всего сейчас нами изложенного должно быть понятно всем нам, что активное участие каждого православного русского человека в церковно-приходской жизни, его деятельная помощь своему приходскому храму, своему приходу, к которому он принадлежит, имеет огромное значение для его личного спасения, для его вечной жизни. Но участие это в церковно-приходской жизни должно совершаться с сознанием, что он делает это во имя Христа и во имя своего спасения от грехов.

Как чада Церкви Христовой, а по учению святого апостола Павла, как части и члены Божественного Тела Христа, верующие должны постоянно совершенствоваться в благодатной жизни, упражняться в добродетельной жизни, искоренять в себе греховные навыки, избегать злых дел, творить добро, в частной и усердной молитве приближаться к Богу, пламенеть любовью и верою во Христе Иисусе. Чада нашей Аргентинской епархии в этом отношении стоят не на последнем месте. Построенные ими и их жертвами храмы, украшенные их лептами и трудами, свидетельствуют об их любви ко Христу, показывают их веру в Бога, а посещение ими воскресных и праздничных Богослужений подтверждает их религиозное настроение и стремление к благочестию. Строительство храмов в нашей епархии уже закончено, и теперь не обременяет оно наши умы и не волнует наши сердца. Но эта сторона дела имеет чисто внешний характер. Есть у нас ещё внутренняя сторона нашего делания на ниве Христовой, это – укрепление благочестия в жизни старшего поколения и религиозно-православное воспитание молодого поколения. На эту сторону нашей жизни и деятельности мы должны обратить наше самое серьёзное внимание. К этому я и призываю сегодня нынешнее Епархиальное собрание. За последние годы, и особенно это стало заметно в нынешнее время, тлетворное и пагубное воздействие на умы и сердца наших пасомых “мироправителей тьмы века сего, духов злобы поднебесных,” как пишет святой апостол Павел (Ефес. 6:12). Это воздействие уже погубило души некоторых из числа нашей паствы и соблазнило других, не окрепших в вере и благочестии. Не ведая, что творят, они стали в ряды врагов Церкви Христовой, а это значит и врагов Божиих, не сознавая этого своего губительного положения. Архипастырь и пастыри скорбят о них и просят Господа возвратить их на путь спасения. Они смотрят на них, как на заблудших овец, которых надо стараться направить на путь истины Христовой и жизни христианской. Не обращать внимания на них нельзя, это было бы грехом с нашей стороны. Святой апостол Иаков поучает нас такими словами: “Братия, если кто из вас уклонится от истины, и обратит кто его: пусть тот знает, что обративший грешника от ложного пути его спасёт душу от смерти и покроет множество грехов” (Иаков. 5:19-20). Эти слова святого апостола Христова следует знать каждому и в своей христианской деятельности их исполнять.

Авторитет нашей Русской Зарубежной Церкви стоял всегда высоко на чужбине, благодаря которому она уже вот почти 50 лет исполняет свою великую историческую миссию за границей. Её миссия состоит в том, чтобы постоянно напоминать русским людям, в рассеянии сущим, идеалы Святой Руси, которые одухотворяли веками русских людей в строительстве государственной жизни и в творчестве русской православной культуры. Эти идеалы воодушевляют и ныне многих наших соотечественников, свивших себе гнёзда и создавших свои очаги в разных странах свободного Западного мира: Европе, Северной и Южной Америке и Австралии. Но есть и разрушители этих идеалов. Эти разрушители периодически, как грибы-поганки после дождя, то там, то сям появляются, где их не ожидают. Как обильный дождь способствует росту и появлению лесных грибов-поганок, так и появление среди нашего православного русского общества разрушителей идеалов Святой Руси, идеалов православно-христианских, обусловлено обилием денежных гонораров от работодателей – врагов Русской Православной Церкви Заграницей и врагов российской антикоммунистической эмиграции. В течение почти 50-ти лет Русская Зарубежная Церковь проповедовала великие заветы славных благочестивых предков наших, творцов русского благочестия, русской православно-христианской культуры и осуществителей на своём жизненном поприще идеалов Христианства, и эта проповедь принесла плоды. Теперь мы с удовлетворением видим, что многие русские люди, я бы сказал большинство их, всё яснее понимают, что только Церковь в силах собрать их воедино и вдохнуть в них душу живую, чтобы они могли жить в исповедывании своей родной и праотеческой веры Православной и свято блюсти от иноземного и инославного разрушения, силой русскости и русского сознания.

Чтобы это лучше понять и оценить, мы сделаем сравнение с пророческим видением пророка Иезекииля, описанным в 37 главе Библии, которую мы читаем за Богослужением в Великую Субботу в виде паремии. После революции на нашей родине в 1917 году миллионы русских людей превратились в сухие кости, которые были разбросаны по всему свету и которые ждут пророческого голоса, чтобы он соединил их воедино, облёк их плотию и вдохнул дыхание жизни, но жизни благодатной и святой. И кто же изречёт нам животворящее слово, кроме Церкви? И Русская Зарубежная Церковь является пророческим животворящим словом, собирающим всех нас, в рассеянии сущих, и поит нас живою водою для утоления нашей жажды и спасения нас от умирания. Это отлично понимают враги нашей Церкви, которые прилагают все усилия, употребляют всевозможные средства, лишь бы только ослабить силу и единство нашей Церкви, посеять смятение и сомнение среди наших верующих и создать расколы и вражду. Этим объясняется причина враждебной кампании против Епископов зарубежной Церкви в США, Канаде, в Аргентине и в Австралии, т.е. там, где живёт и процветает Зарубежная Церковь. А самое опасное и самое разрушительное, что кроется за этой враждебной кампанией, – это отрыв нашей молодёжи от Православной Церкви и потеря своей русской души и своего русского облика. В Аргентине поход тёмных сил на нашу Церковь укрепил верующих в единстве, соединил их с Церковью более сильными и тесными узами и воодушевил их для борьбы с этими тёмными силами, чему мы были свидетелями на нашем общественном собрании в защиту Церкви 17 ноября прошлого года. Поход тёмных сил на нашу Церковь в Аргентине способствовал отсеянию плевел от пшеницы, благодаря чему стало известно, кто наш и кто с Церковью и в защиту Церкви, а вместе Церковью идёт со Христом. В этой борьбе обнаруживается лицемерие одних и фарисейство других, именно тех, которые надевали на себя личину или маску ревности о Православии, о Правде Божьей, а в действительности были врагами и святого Православия, и Правды Божьей. Правда Божья осуществляется на земле в мире, в любви, благочестии, праведности и смирении. Без этих добродетелей не достигается идеал Св. Руси и не осуществляется Правда Божья на земле и среди нашего православного русского общества. Будем же вручать себя Духу Утешителю и просить Его, чтобы Он наставил нас на всякую истину. Будем взывать к Матери Божией, чтобы Она молитвами своими подвигла нас на путь правды и мира и вселила в нас дух ревности о Православии и благочестии. Будем молить Просветителя нашего Св. вел. князя Владимира, да озарит нас Господь, по его молитвам, тем же светом, которым был озарён русский народ при крещении и после крещения Руси. Будем взывать к Богу, Спасителю нашему, дабы Он расточил и рассеял врагов Церкви нашей Зарубежной и избавил нас от козней дьявольских, ополчившихся на нашу Зарубежную Церковь повсеместно и здесь, в Буэнос-Айресе.


Призыв к молодёжи, 1964 г.

Уже 8-ой год я веду беседы с русской молодёжью, восьмой год тружусь с ней для того, чтобы научить её истинам веры Православной, дать ей основы христианской нравственности, воспитать русскими и православными людьми, достойными сынами их славных предков. Я был рад и счастлив, когда ежемесячно собиралась у меня в Архиерейском подворье эта молодёжь для беседы. Я ценил их высоко за это, пастырски и отечески умилялся, видя их пред собой иногда в числе 40 и больше. Но проходит время и состав численный молодёжи изменился. Многие уехали в Северную Америку на жительство, другие женились или замуж вышли, а третьи вообще по разным причинам перестали посещать наши собрания. Новые на их место не приходят. На Епархиальном Собрании призывал отцов Настоятелей помочь мне в деле воспитания нашей молодёжи религиозно и национально. Просил их и ныне прошу призвать, уговорить молодых своих прихожан посещать наши духовные беседы.


Гора Афон и Русское монашество

В текущем году отмечается 1000-летие святой Афонской горы – центра православного монашества и священнейшего места после Палестины. Этот юбилей совпадает с русским православным юбилеем. До сих пор на Афоне сохранились русские монастыри, русские пустынножители, святыни и колокола, кои уничтожены у нас на родине. К сожалению, многие православные на чужбине мало или вообще ничего не знают об Афоне. Задачей этой статьи, хотя вкратце познакомить наших читателей, какое значение имеет эта св. Гора для России и русского монашества. Ко времени принятия Русью Христианства, Афон уже имел славу святой Горы, места высоких аскетических подвигов и созерцательной жизни. Вскоре после просвещения светом Христовым Руси сюда потянулись русские люди, любители безмолвия и духовной жизни. Приобщаясь к высокой аскетической культуре святой Горы, некоторые из них возвращались обратно и переносили на родину опыты строгих иноческих подвигов и уставов монашеской жизни. Таким образом, установилась тесная духовная связь русского монашества с Афоном. Эта связь не ослабевала на протяжении веков.

Первым пострижеником был основатель Киево-Печерской обители преподобный Антоний. Возвратившись в Киев, преподобный Антоний перенёс правила афонского жития на родину. Преподобный Феодосий Печерский продолжал на Руси дело преподобного Атония. Уже начиная с 14-го века сношения русского монашества с Афоном становятся очень оживлёнными. Русь посещают афонские иноки, которые знакомят своих русских братьев с святоотеческими творениями, житиями святых, полагают здесь основания некоторым обителям, в коих вводят афонские уставы. Так, напр., в половине 14-го века в Россию прибыли афонские иноки: преподобные Лазарь и Феодосий, поселившиеся на севере и основавшие на Мурманском острове Онежского озера Успенский монастырь. В княжение Димитрия Донского прибыл в Москву афонский инок Дионисий, который отправился в Спасо-Каменный на Кубенском озере монастырь и был там игуменом, “предаде устав святой Горы монастырю.” Высоко подвижническая жизнь монахов Кубенского монастыря привлекла туда жаждущих спасения души. Преподобный Арсений Каневский подвизался три года на Афоне, возвратившись на родину в 1393 году, основал монастырь на Каневском острове Ладожского озера. Московская Русь близко знакомится со святой Горой через обитель преподобного Сергия Радонежского. На Афоне полагал начало иноческой жизни преподобный Сергий Нуромский, который прийдя с Афона, отправился в пустынные вологодские леса, поселился на берегу р. Нурмы и основал монастырь Спасо-Преображенский. На святой Горе подвизались также Епифаний, ученик преподобного Сергия Радонежского и впоследствии составитель его жития, Иона, игумен Угрешский, занимавшийся на Афоне списыванием и переводом житий святых для русских обителей; игумен Тверского монастыря Савва, который, возвратившись со святой Горы, принёс с собой список Кормчей книги; преподобный Нил Сорский, несколько лет проживший на Афоне, в России создал особый тип “скитского жития,” что дало основание справедливо называть его начальником иноческой скитской жизни. Старец Митрофан Бывальцев, пробывши на Афоне 9 лет, возвратившись на родину, свидетельствовал, что в России проводится та же жизнь в монастырях, которую он видел в киновиях святой Горы.

Всё это указывает, как сильно было воздействие Афона на русское монашество и как глубоко проникало оно в его среду. И не только на монашество влиял Афон, но также на возникавшую оригинальную русскую литературу, которую обогащали афонские иноки: Епифаний Премудрый, Пахомий Серб, ставший самым плодовитым писателем Древней Руси. Над переводами святоотеческой литературы на русский язык много потрудились не только русские иноки, уходившие для этой цели на Афон, но и иноки Афонской горы. Характерным для всех этих переводов и рукописей является то, что все они имеют аскетическое содержание, свидетельствующее о нужде русских иноков именно в литературе такого направления. Афон, как образец и руководитель монашества, не утратил своего значения для России и в дальнейшем.

Религиозно-нравственный авторитет Афона оставался непоколебимым для России, несмотря на многие тяжёлые обстоятельства, в которых в последующие века пребывала св. Гора, порабощённая турками. Вследствие этих обстоятельств, на Кавказе, в 25 верстах от Сухуми, был основан монастырь, который получил название “Ново-Афонский Симоно-Кананитский,” и являлся отделением Русского Пантелеймоновского Афонского монастыря. Духовно-нравственные связи между русским и афонским иночеством в течение многих столетий способствовали тому, что в России монашество сделалось хранителем и проводником в жизнь святоотеческого учения и высоко христианских подвигов. Ныне в России монашество уничтожено безбожниками, а на Афоне оно оскудело. Под влиянием материалистической культуры нашего времени сильно ослабел приток новых кандидатов, ищущих подвижнической жизни, что значительно уменьшило количество насельников в обителях святой Горы Афон. Русские монастыри там пришли в полный упадок. До первой мировой войны в этих монастырях было 3000 иноков, а ныне насчитывается не более 70. Притока новых сил нет. Верим, что Россия духовно и государственно возродится, а с нею расцветёт и русская монашеская жизнь на Афоне.