История Русской Церкви
Проф. П. В. Знаменского

Введение в историю Русской церкви: христианство в России при святом Владимире.

 

Христианство в пределах России до начала Русского государства

Древнее предание, занесенное в русскую летопись, говорит, что начало христианства в России положено еще во времена апостольские святым апостолом Андреем Первозванным: проходя с проповедью Евангелия Фракию, Скифию и Сарматию, он доходил будто бы до Днепровских гор, где после возник Киев, благословил их и предрек, что на них “воссияет благодать Божия, имать град велик быти и церкви многи имать Бог воздвигнути”. Но после этого еще долго мы не видим никаких признаков христианства по всему пространству будущей Русской земли, за исключением только самых южных ее пределов, где находились старинные колонии греков и где находим очень древние его следы, может быть, действительно относящиеся ко временам святого апостола Андрея. В III веке на устьях Дуная была епархия Скифская или Таматарха. В Крыму христиане были еще во дни святого Климента Римского, который был сослан сюда из Рима в 94 году; в IV веке упоминаются здесь епархии Херсонская и Босфорская; в VII и VIII вв. Сурожская и Фульская. В IV веке была епархия у готфов, живших между Доном и Днестром. Из всех этих местностей семена христианства, конечно, удобно могли заноситься и в Россию, но едва ли могли здесь прививаться, потому что падали, так сказать, при пути, на большой дороге, по которой непрестанно двигались в Европу разные азиатские орды.

Более благоприятные условия для успехов здесь евангельской проповеди настали с неопределенного времени поселения в пределах России оседлого народонаселения племен славянских. Славяне были издавна близко знакомы с Грецией, куда они ездили для грабежа, для торговли и для службы в войсках императорских. Есть кое-какие известия и о результатах этого знакомства их с христианской империей, о случаях принятия ими христианства. Таково известие жития святого Стефана Сурожского († 787) о некоем славянском князе Бравалине, который вскоре после смерти святого напал с дружиной на Сурож, разграбил его, хотел ограбить и мощи Стефана, но был поражен чудесною силой и крестился. В житии святого Георгия Амастридского передается подобный же рассказ о россаx, напавших на Амастриду (в Пафлагонии) и хотевших раскопать гроб святого Георгия; пораженный чудом над воинами, вождь их просил молитв христиан, освободил пленных и заключил с жителями союз. — В половине IХ века Болгария, Моравия и Паннония услышали евангельскую проповедь первоучителей славянских Кирилла u Мефодия, которые изобрели славянские письмена и переложили на славянскую речь Священное Писание и богослужебные книги. Около того же времени призванием князя Рюрика в Новгороде было положено начало Русского государства, которому Провидением суждено было воспользоваться трудами Кирилла и Мефодия более всех других славянских стран; княжеская власть стала соединять разрозненные славяно-русские племена в один народ и таким образом пролагать путь к будущему всенародному крещению Руси.

Киевские князья Аскольд u Дир первые подпали под влияние православной Греции и подготовили ему путь в Россию. В 864 году они сделали набег на Царьград. После усердной молитвы император Михаил III и патриарх Фотий с крестным ходом вынесли на берег Босфора чудотворную ризу Богоматери и погрузили ее в воду. Поднялась буря и стала топить суда россов; только немногие из варваров воротились домой. Пораженные чудом, князья просили крещения. Посланный к ним епископ произвел на киевлян сильное впечатление как своею проповедью, так и, особенно, чудом, бросив в костер Евангелие и потом вынув его из огня невредимым. Многие руссы тогда же крестились. Вероятно, крестились и князья; по крайней мере известно, что киевские христиане на могиле Аскольда возвели после церковь святого Николая.

По убиении Аскольда и Дира князем в Киеве стал Олег, переехавший сюда из Новгорода. Он тоже совершил поход под Царьград, сильно притеснил этот город и успел заключить с греками выгодный мир (в 911 году). Когда его послы были в Греции для заключения мира, греки, по приказанию императора, водили их по церквам, показывали разные святыни и давали наставления в вере. После заключения договора русские еще чаще стали ходить в Византию для торговли, жили там по несколько месяцев при монастыре святого Маммы и ближе знакомились с православием; другие поступали на службу к императору. В 944 году преемник Олега Игорь тоже заключил договор с греками; в этом договоре Русь разделяется уже на крещеную и некрещеную; первая клялась в соблюдении договора при киевской церкви святого Илии.

 

Крещение великой княгини Ольги.

Вдова Игоря Ольга, мудрейшая из всей людей, как ее называет летопись, сама пожелала креститься. В 957 году, уже 67 лет от роду, она поехала в Царьград, будучи, по всей вероятности, еще раньше оглашена евангельским учением от православных пастырей Киева; одного из них по имени Григорий мы видим даже в числе ее спутников, Крещение ее совершено было патриархом Полиевктом; восприемником был император Константин Багрянородный. С княгиней в Царьграде были ее племянник, многие знатные женщины, служанки, послы, гости, переводчики; многие из них тоже крестились. По возвращении в Россию Ольга, — в крещении Елена, — до самой кончины своей сияла благочестивой жизнью, “аки луна в нощи”, среди язычников. Она уговаривала к принятию христианства и сына своего Святослава, но он не хотел и слушать о крещении. Новая вера была вовсе не по характеру этого воинственного князя и его дружины; над теми, кто принимал крещение, дружина и князь смеялись. Но зато, по всей вероятности, Ольга имела немалое влияние на детей Святослава, при которых оставалась воспитательницей во время постоянного отсутствия его в Киеве. Есть известия, что святая княгиня ездила из Киева по городам и весям земли Русской для проповеди христианства. Она скончалась в 969 году. Сравнивая ее значение со значением святого Владимира, летописец называет ее “зарей утренней, предваряющею солнце”.

После кончины Ольги Святослав воздвиг на христиан гонение, — знак того, что новая вера обратила на себя серьезное внимание языческой партии. При его детях Ярополке и Олеге, помнивших наставления своей бабки, участь христиан опять облегчилась; надо заметить при этом, что у Ярополка и жена была христианка, какая-то пленная гречанка-монахиня. В 1044 году великий князь Ярослав крестил кости Ярополка и Олега; этот странный факт объясняют именно тем, что Ярослав слышал о расположении своих дядей к христианству. Оба князя погибли в усобице. Их младший брат Владимир, севший после них в Киеве, был еще ребенком, когда умерла Ольга, и меньше других братьев подпал под ее влияние; потом он, тоже еще в детстве, увезен был в Новгород, где христианство было менее известно, чем в Киеве, и вырос там под влиянием старой веры. От этого занятие им киевского престола было вместе с тем торжеством языческой стороны в Киеве над христианской.

 

Обстоятельства крещения святого Владимира.

Новый князь с дядей Добрыней на первых порах показали большую ревность к язычеству, стали ставить и украшать в Киеве кумиры. На холме перед своим двором князь поставил Перуна деревянного с серебряной головой и золотыми усами, Хорса-Дажьбога, Стрибога, Волоса, Симаргла, Мокошь. По словам летописи, никогда еще в Русской земле не было такого гнусного идолослужения, как в это время. В 983 году, после счастливого похода на ятвягов, решено было принести богам даже человеческую жертву. Жребий пал на христианского юношу Иоанна, сына варяга Феодора. Отец не хотел выдать сына и оскорбил язычников обличением их безумия. Яростная толпа убила обоих. Судя по немногим известиям летописи, великий князь обладал широкой натурой, способной ко всяким излишествам. Былины народные помнят о его разгульных пирах с дружиной. Летопись говорит о чрезмерном его женолюбии, сравнивая его в этом отношении с Соломоном. Но эта же самая широта натуры делала его способным, при содействии благодати Божией, и к коренному нравственному перевороту.

Славяно-русское язычество, несмотря на свое торжество, не в состоянии было бороться ни с одной из окружавших его религий: ни с мусульманством болгар, ни с иудейством хазар, ни с католичеством Запада, ни тем более с православием греков. А все эти религии оказывали на него сильное давление, как это ясно видно из предания о приходе к Владимиру из разных стран послов с предложением разных вер. Самая ревность князя к языческой вере должна была повести только к большему обнаружению ее несостоятельности и ускорить переворот в убеждениях князя и лучших людей. Начался выбор новой веры. Этот выбор, подробно изображенный в летописном сказании о беседе Владимира с миссионерами разных религий, склонился в сторону греческого православия. Греческий миссионер, по этому сказанию, сильно подействовал на Владимира своим учением об искуплении и будущей жизни и особенно иконой Страшного суда, которую показал князю. По уходе его князь, по совету дружины и градских старцев, послал десять разумнейших мужей в разные страны для испытания разных вер на месте. Ничья вера так не понравилась этим послам, как греческая. Вернувшись в Киев, они рассказывали, что в греческом храме константинопольской Софии они не знали, где стояли — на небе или на земле. В Киеве нашлось и другое доказательство в пользу православия — пример великой княгини Ольги, которая “была мудрее всех человек”. Решено было креститься, ждали только удобного случая к этому. “Пожду еще немного”, — говорил князь, в сердце которого уже начиналось действие призывающей благодати Божией.

В 988 году войско Владимира осадило Корсунь. Подобно другим языческим вождям в подобных же обстоятельствах, князь дал обет креститься в случае победы. Взяв город, он потребовал у тогдашних императоров Василия и Константина руки их сестры Анны, и при этом обещал принять их веру. Императоры согласились, уговорили согласиться и сестру. В ожидании невесты князь разболелся глазами. Прибывшая в Корсунь царевна убедила его ускорить крещение, если он хочет избавиться от болезни. И действительно, как только корсунский епископ крестил его, так он прозрел и, дивясь своему исцелению, воскликнул: “Теперь только узрел я Бога истинного”. Дружина его тоже крестилась. После крещения совершен был брак его с Анной. В память всего этого он создал в Корсуне церковь, вернул город грекам и возвратился в Киев, взяв с собою попов корсунских и царицыных, мощи святого Климента Римского и ученика его Фива, церковные сосуды, кресты, иконы и всякую церковную утварь.

 

Крещение русских в Киеве.

В Киеве князь крестил своих 12 сыновей и многих бояр; потом велел истреблять идолов; Перуна привязали к конскому хвосту и потащили в Днепр, по дороге били его палками. По истреблении идолов духовенство и князь ходили по городу с проповедью. Многие киевляне крестились с радостью; другие не хотели и слушать проповеди; третьи колебались, как колебался прежде и сам князь. Тогда Владимир выдал повеление, чтобы на другой же день все некрещеные явились к реке, а кто не явится, будет противником князю. Это решило недоумение тех, которые колебались. “Если бы новая вера была не хороша, — думали они, — то князь и бояре не приняли бы ее”, и пошли креститься; другие явились на реку из страха. Упорные язычники бежали от княжеского гнева в степи и леса. На другой день после княжеского повеления на Днепре произошло общее крещение народа. Тогда, по слову благочестивого летописца, земля и небо ликовали, видя множество спасаемых. “Боже великий, сотворивый небо и землю, — взывал в радостном восторге Владимир, — призри на новых людей Своих, дай им, Господи, уведать Тебя, как уведали страны христианские, и утверди в них веру правую и несовратимую.”

 

Образование Русской церкви.

После крещения князя, дружины и всего стольного города христианство сделалось на Руси верой в собственном смысле господствующей. Вместе с тем последовало образование особой поместной Русской церкви, для существования которой имелись налицо уже все нужные условия. Она имела в Киеве значительную паству, которая вскоре начала еще увеличиваться через распространение истинной веры и вне Киева, среди разных славянских и инородческих племен Руси; имела свою иерархию, состоявшую из митрополита Михаила, епископов и священников, прибывших из Константинополя и Корсуня, и, вероятно, нескольких своих прежних, туземных; непосредственно после крещения народа великий князь стал повсюду строить для ее богослужения святые храмы; постепенно стали определяться и отношения новой церкви к ее матери — церкви Греческой, а равно местные внутренние ее отношения государственного и общественного характера; началась ее борьба со старыми языческими суевериями, и спасительное руководительство к преуспеянию новых людей Божиих на пути внутреннего христианского совершенства; одним словом, началась историческая жизнь Православной Русской церкви.

 

Понятие о науке — истории Русской церкви.

Эта историческая жизнь православной Русской церкви и составляет предмет русской церковной истории. Как наука, систематически изображающая ход постепенного внешнего и внутреннего преуспеяния православной Церкви Христовой в земле Русской, она должна рассказать в частности: 1) как распространялась Церковь Христова среди русских людей и инородцев Русской земли, побеждая при этом разные препятствия или терпя ущерб со стороны врагов православного христианства, внутренних и внешних, 2) как она устраивалась по своему внутреннему иерархическому строю, как определяла свои отношения к Русскому государству и народу и приспособляла общие вселенские законы и обычаи своего управления, суда и экономического строя к потребностям и укладу местной государственной и народной жизни и, в свою очередь, сама влияла на изменение характера последних, преобразуя их по своим собственным началам; 3) чему и как она учила народ, в какой степени последний усваивал ее учение, в каких особенных, народных формах это учение закреплялось в его сознании, и как своим воспитательным влиянием она постепенно сглаживала эти особенности, приближая христианское сознание своей паствы к вселенскому типу православного учения; 4) какие особенности под влиянием народных понятий и местных жизненных условий обнаруживались в ее православном богослужении, в понятиях народа о христианских святынях, о способах богослужения, о принадлежностях богослужения, обрядах и прочем, и какие воспитательные средства принимала она с своей стороны для устроения и этой отрасли христианской жизни в Русской земле; наконец 5) как под ее влиянием шло в просвещенном ею народе преуспеяние христианской нравственной жизни.

Источники из которых можно почерпнуть относящиеся сюда сведения двоякого рода: одни — общие у истории Русской церкви с русской историей вообще: хронографы, летописи, всякого рода официальные акты и законы, записки современников, письма, памятники литературные, памятники вещественные, памятники бытовые, сказания иностранцев и прочее, другие — частные, относящиеся специально или главным образом к церковной или религиозной жизни России. Сюда относятся: памятники церковного и относящегося к церкви законодательства, правила, грамоты, послания и всякие распоряжения русских иерархов, постановления русских соборов, церковные уставы русских князей и другие законодательные памятники правительства относительно церкви; дела архивов, летописи и акты церковных учреждений — церквей и монастырей, синодики, каталоги иерархов, истории частных епархий по местным первоисточникам, жития святых и сказания о разных святынях Русской земли, жизнеописания церковных деятелей; поучения, проповеди, обличительные и назидательные послания и другие памятники духовной словесности, в которых с той или другой стороны выразилась религиозная мысль и чувство русского человека; памятники церковной жизни вещественные — храмы, иконы, предметы церковной утвари, богослужебные книги; памятники невещественные — устные предания, легенды, народные верования, суеверия, религиозные обычаи, обряды и другие живые остатки народной религиозной жизни прежних времен, оживляющие и уясняющие скудные известия о ней других источников и во многих случаях заменяющие даже и самые эти известия.

Разделение русской церковной истории на периоды близко соответствует обычному разделению на периоды русской гражданской истории. В продолжение первых веков своего существования церковная жизнь России развивается преимущественно на юге, около своего киевского центра, среди неустойчивой удельной обстановки гражданского быта, в борьбе с сильными еще остатками старой языческой жизни и под непосредственным руководством и господственным влиянием Греческой церкви. Период этот продолжался до монгольского нашествия, после которого гражданская жизнь России с юга переместилась на север, в пределы Великороссии, и стала развивать здесь более устойчивый государственный строй; вместе с нею туда же, в новую обстановку великорусского племени, переносится и главный центр жизни церковной — Русская митрополия. Русская церковь, получив здесь тоже большую внешнюю устойчивость и облегчившись от своей первоначальной борьбы с язычеством, начала яснее определять свои отношения к государству и народу, развивать в себе все более и более национальный характер и принимать живейшее участие во всех современных жизненных вопросах, — в облегчении монгольского ига, в объединении страны через ослабление удельного быта, в удержании связи между разрывавшимися двумя половинами Руси — северной и южной, в ослаблении своей собственной зависимости от Греции. Этот период истории церкви завершается политическим разделением Русской Церкви на две половины, Московскую и Киевско-Литовскую, после чего наступает новый период раздельной жизни этих двух ее половин, — внешнего и внутреннего преуспеяния Московской церкви и бедствий церкви Киевской среди иноверного государства. Для Московской церкви период этот заканчивается достижением ей полной автономии и возвышением ее на степень самостоятельного патриархата, для Киевской же — присоединением ее к Московскому патриаршеству в общий состав единой Русской церкви. С начала ХVIII века настало новое время для всей русской жизни, время нового государственного строя и новых определений касательно государственного положения и внешнего устройства церкви, время усвоения Россией плодов западной цивилизации, а вместе с тем и время многих новых явлений в истории русской религиозности и новых отношений к церкви русского общества, — с этого времени можно начать новый, текущий период русской церковной истории. Таким образом, все течение русской церковной жизни можно разделить на пять периодов: 1) Киевский — до нашествия монголов; 2) от нашествия монголов до разделения Русской митрополии; 3) период разделенной митрополии; 4) от учреждения патриаршества до реформы Петра Великого; 5) период Синодальный, со времени Петровской реформы до настоящего времени.